Книга Шпора на сердце, страница 38 – Лисавета Челищева

— Я там гуляла.

Наглая ложь слетела с моих губ, и я подошла к картине, на которой были изображены две обнимающиеся фигуры. Я почувствовала, как он приближается ко мне, его тело почти заключило моё в клетку, а руки легли по краям картины.

Моё дыхание участилось, и мне казалось, что мне не хватает воздуха. Что с ним такого, что каждый раз, когда он рядом, я начинаю проигрывать эту постоянную битву со своим телом? Оно полностью меня предаёт.

Прямо сейчас мне нужно отвлечь его. Мне нужно, чтобы он полностью забыл о том, что видел. Я не хочу, чтобы он копался в моей жизни.

Я опустила молнию на груди толстовки чуть ниже, остановившись прямо над грудью. Сквозь топ легко угадывались мягкие изгибы, и он подчёркивал их.

— Давай попробуем ещё раз, и на этот раз даже не пытайся врать. — сквозь силу произнёс он. — Что ты делала на той улице, которая полна секс-клубов и баров?

Я не хотела рассказывать ему о своей жизни в том клубе. Что я делаю, чтобы заработать деньги. Насколько я на самом деле сломана.

Я опустила молнию ещё на пару сантиметров и повернулась. Его взгляд устремился туда, куда, как я предполагала, он должен был упасть. Он схватил меня за горло, его пальцы медленно скользнули вниз по шее к моей вздымающейся груди.

Я закрыла глаза и выгнула спину, прижавшись к картине. Я уже задыхалась от стона, когда он поднял молнию до самой шеи и притянул меня к себе за воротник.

Его золотистые глаза сверкали сдерживаемым желанием и такой властью, что я не могла отвести взгляд.

— Я видел и получше. А теперь ответь на мой грёбаный вопрос.

Урок 15.

Урок 15.

Первый поцелуй на руинах запретов — это либо начало конца, либо начало новой жизни.

— Козёл.

Я сказала это прямо ему в лицо без колебаний и страха, и мне жаль, что я не сделала этого раньше, потому что это чувство принесло настоящее облегчение.

Так он заставляет меня хотеть большего, никогда не сдаваясь до конца? Я не знаю, о чём я тогда думала, да и не была готова к чему-либо, но он почему-то всё знал. Если бы он попытался сделать что-то, он бы разрушил свой идеальный образ в моей голове. Теперь я понимаю, что он жаждет большего, чем просто физические прикосновения в тёмных углах и пустых аудиториях — он вернул меня назад своими словами.

Я должна была понять, что это и есть манипуляция. Такие люди, как он, хотят, чтобы ты думала, будто контролируешь ситуацию, хотя на самом деле всё идёт по их плану. Но я, как дура, сосредоточилась на других вещах: на его внимании.

Я думала, он разозлится или накричит на меня. Я назвала его козлом только потому, что его реакция меня задела. Если бы мы были в университете и я сказала это при всех, он бы устроил скандал, но он сделал то, от чего я просто остолбенела.

Он улыбнулся. Улыбнулся во весь рот, и на его щеках появились ямочки.

Я судорожно вздохнула.

— Хочешь что-нибудь поесть?

Даниил полностью отстранился от меня, и я сдержала нервный выдох. Пока наши взгляды были прикованы друг к другу, его ладонь согревала мою шею. Жар пополз вниз по горлу к груди.

К тому времени, когда он полностью отступил, я наполовину растаяла, наполовину замерзла, а соски затвердели под топом.

Как, чёрт возьми, он всё ещё умудряется меня заводить?

От этой смены настроения у меня голова шла кругом.