Книга Счастье в доме на краю осени, страница 22 – Лада Соль

Яр открыл пассажирскую дверь и предложил мне сесть в машину. Я замерла, смотря внутрь салона, будто меня приглашают в комнату страха. Не хочу я разговоров. У меня был чёткий план переварить всё, что со мной произошло сегодня, но никак не разговаривать.

— Яр, — прошептала я, не решаясь сделать шаг и сесть в машину.

— Садись, Ева. Не хочешь говорить ты, буду я, — уверенно заявил Акулов. — Кто-то же должен начать.

— А если я не хочу? — спрашиваю совсем тихо и перевожу взгляд на Ярослава.

Он делает всего шаг ко мне и нависает так, что весь мир прячется за его спиной. Как когда-то! Точно так же, как и в первый раз, когда я увидела его на старой остановке, где ждала маршрутку, которая опаздывала, а Ярик шёл с тренировки. Он закрыл меня тогда от лужи, совершенно проигнорировав то, что у него спина оказалась полностью мокрой.

Боже, и почему именно сейчас я вспоминаю то, что с таким рьяным старанием старалась забыть столько лет.

Я тяжело сглатываю, замечая, как глаза Ярослава изучают моё лицо. Неловкость момента просто зашкаливает.

— Хорошо, — быстро киваю я и отрываю взгляд от его глаз, сажусь в машину.

Смотрю вперёд и вижу, что на пороге в офисное здание стоит Дима и смотрит в мою сторону. Я не могу различить его лица, но точно знаю, что это он.

Глава 11

— Я забыла тебя поздравить, — спустя, наверное, вечность начала Ева, вырывая меня из тяжёлых мыслей.

Хотя мы только выехали на автостраду в сторону посёлка. Ольга Николаевна позвонила и сказала, что Уля заупрямилась и не хочет ужинать без меня. И я не могу винить её в этом.

Мы с ней тяжело пережили уход Миры. И кто бы мне что ни говорил о том, что маленькие дети не понимают, что произошло, понимают! Больше даже, чем взрослые.

— С чем? — уточняю, хотя прекрасно понимаю, что она имеет в виду мою новую должность. Но мне нужно отвлечь себя от тяжёлых мыслей.

Вот только мне абсолютно всё равно и на должность, и на поздравления. Я эгоистично хочу слышать её голос. Впервые за длительное время я чувствую, что оживаю.

— С назначением, Акулов, — вздыхает Ева, и нервная улыбка касается её губ.

Останавливаюсь перед светофором и подмечаю всё. Ева нервно растирает пальцы между собой, постоянно смотрит в окно и теребит ручку сумки. В темноте салона кажется, что это снова призрак, но её запах, её дыхание — они живые.

— Спасибо, — киваю я и трогаюсь под зелёный сигнал светофора. — А ты написала заявление? — задаю вопрос, который меня волновал с того самого момента, когда Эля потребовала его.

Ева резко обернулась ко мне. Кажется, даже дышать перестала. Мы подъезжаем к ещё одному красному сигналу светофора, и я радуюсь, что на нём отсчёт показывает около минуты ожидания.

Разворачиваюсь всем корпусом к Еве и смотрю в ответ. Блин, я же обещал ей разговор, но мне хочется сейчас просто смотреть на неё.

— Ты такая красивая, — выдыхаю я почти шёпотом.

Ева вздрагивает, а на её лице отражается сначала страх, а потом боль или обида, даже не могу сообразить сразу, вот только Ева не помогает мне понять, быстро отвернувшись от меня.

— Ты хотел поговорить, — отвечает таким тоном, будто она при смерти, и от этого по спине пробегает противный холодок.

— Ева, — зову её и успеваю дотянуться до руки, которую она тут же отдёргивает, а снаружи раздаётся громкий сигнал клаксона.