Книга Парадокс Лили, страница 2 – Sabrina Berger

Я откинулась на спинку кресла. Ну как объяснить родному человеку, что её «творчество» — это ровный, гладкий конвейер штампов про токсичных мужчин и их покорных жертв? Что все эти «тёмные принцы с травмой» только румянят абьюз и внушают девочкам, будто любовь непременно должна причинять боль? Но критиковать Фиону — всё равно что пнуть щенка. Она так светится, когда рассказывает о тиражах и переводах, так по-детски гордится собой. К тому же полгода назад я имела неосторожность пообещать ей дочитать эту «Кровь и Пепел» до конца. И вот снова сломалась на середине — потому что вся эта возвышенная «любовь» между брутальным самцом и наивной дурочкой мне попросту чужда. И, подозреваю, здравая часть человечества со мной бы согласилась.

Я отправила книгу на кровать и прислушалась: в ванной стих шум воды. Я скинула шёлковый халат и осталась в чёрном кружевном белье. Оно подчёркивало талию, и от собственного отражения по коже пробегал лёгкий щекочущий ток. Макияж лежал ровно, волосы мягкими волнами падали на плечи. Всё было идеально.

— Лили, где мой одеколон? — донеслось из ванной.

Флакон торчал из бокового кармана дорожного рюкзака и выхватив его я пошла на голос. Дверь поддалась с тихим скрипом, и в лицо дохнуло тёплым паром — мятой и шампунем. Роберт стоял у зеркала, чуть подавшись вперёд, и проводил ладонью по мокрым волосам. Кожа влажно блестела, полотенце на бёдрах держалось на одном честном слове. Я подошла сзади и медленно потянула его вниз. Полотенце соскользнуло к моим ногам.

— Что ты делаешь? — спросил он, не отрывая глаз от зеркала.

— Просто… — я коснулась губами его шеи. — Ты слишком хорош, когда мокрый, профессор Дэвидсон.

Я обняла его сзади, и под ладонями оказалась тёплая, влажная кожа.

— Нам через полчаса нужно быть там, — сказал он в отражение. — А ты даже не одета. И Фиона может нагрянуть в любую минуту.

— Фионы не будет до завтра, — тихо возразила я. — Она на встрече с читателями.

— Ты что, носила моё платье?

Крик Фионы разорвал утро, и я вздрогнула. Попыталась открыть глаза, но свет полоснул по зрачкам, а голова загудела так, точно в ней поселился оркестр без дирижёра. Чёрт. Смешать белое вино с красным — блестящее решение, Лили. Браво.

— Не ори, — прошептала я сквозь зубы, вдавливая ладонь в висок.

— Лили, я же просила не трогать мои вещи! Платье было новым! А теперь от него несёт сигаретами и потом!

Каждое слово било точно в висок. Господи, ну почему бы ей просто не замолчать?

Сестра всё говорила и говорила, но я почти не слушала. Сквозь мутную пелену пробивалась одна-единственная мысль: почему она вообще здесь? Она же должна была вернуться только завтра. А потом обрывками всплыл вчерашний вечер — смех Майлза, Роберт, злость, вино, чей-то залитый свитер… И, окончательно протрезвев, я поняла, что натворила. Стыд подкатил к горлу вязким комом.

Не обращая на Фиону внимания, я схватила со столика телефон. Экран мигнул — от Роберта ни строчки. Зато от меня ему ушло целых три сообщения. Пьяных, длинных, честных до унижения. Я перечитывала каждое слово. Боже, что мной двигало? Хотя нет, я прекрасно знала: всему виной алкоголь.

— Вот чёрт, — прошептала я и закрыла лицо ладонью.

— Считай, что это подарок на день рождения, — язвительно бросила Фиона, проходя мимо.