Книга Не та жена. Новые ростки после измены, страница 69 – Аглая Северская

Она встала, налила чай, поставила перед ним чашку.

— У вас есть моё благословение, — сказала она. — Но у меня есть условие.

— Какое?

— Никогда не заставляйте её быть удобной, — сказала мать твёрдо. — Она была удобной пятнадцать лет. Хватит. Пусть будет настоящей — даже когда это неудобно вам.

Он смотрел на эту женщину и понимал откуда в Марине столько внутренней силы, столько ясности.

— Обещаю, — сказал он. — Не потому что вы просите. Потому что я хочу именно это. Настоящую Марину. Не удобную.

Мать кивнула, и что-то в её лице смягчилось окончательно.

— Тогда добро пожаловать в семью, Алексей, — сказала она. — Заранее.

Он уехал от неё с кольцом которое выбирал три недели, перебирая варианты, отвергая слишком помпезные, слишком простые, пока не нашёл то самое — тонкое, с небольшим тёмно-зелёным камнем, напоминавшим цвет её любимого растения.

Он вёз это кольцо домой и думал о том что вся его прошлая жизнь — работа, дисциплина, осторожность — вела именно к этому моменту. Что каждый урок из прошлого брака, каждая ошибка, каждое одинокое вечера с книгой у окна — всё это было подготовкой к тому чтобы однажды научиться любить правильно.

Он не хотел повторять прошлое. Хотел построить будущее — медленно, честно, с полным присутствием.

В конце января пришли документы.

Светлана Юрьевна прислала сообщение — сухое, точное: всё готово, приезжайте подписать. Марина приехала на следующий день. Подписала — спокойно, без дрожи в руках.

Светлана Юрьевна убрала бумаги.

— Вот и всё, — сказала она.

— Вот и всё, — повторила Марина.

— Как вы? — спросила адвокат.

— Хорошо, — сказала Марина. — По-настоящему хорошо.

Светлана Юрьевна кивнула, и что-то в её лице стало мягче.

— Рада, — сказала она.

Уже в дверях Марина обернулась.

— Светлана Юрьевна. Если вам когда-нибудь понадобится растение — позвоните. Подберу.

Адвокат улыбнулась — по-настоящему, впервые без профессионального контроля.

— Мне нравятся фиалки, — сказала она. — Если вдруг.

— Тогда я знаю что искать, — сказала Марина.

Вечером того же дня они сидели в маленьком ресторане в январском переулке — том самом, тихом, со свечами на столах.

Алексей рассказывал про весну — про Петербург, про Васильевский где вырос.

— Я хочу показать тебе его, — сказал он.

— Хочу увидеть, — сказала она.

Он смотрел на неё через стол — дольше обычного, будто взвешивал что-то внутри себя.

— Марина, — сказал он тихо. — Я знаю что уже сказал это по телефону. Но хочу сказать снова, глядя тебе в глаза. Я тебя люблю. Не мимоходом. Навсегда, если ты позволишь мне это слово.

Марина сидела и чувствовала как всё внутри становится тёплым, полным, будто наконец-то заняло своё правильное место.

— Я тоже тебя люблю, — сказала она. — И знаешь — впервые в жизни я говорю это без единой тени сомнения.

Он взял её руку через стол.

— Есть кое-что, — сказал он. — Я хочу спросить тебя. Скоро. Не сейчас — мне нужно немного времени чтобы всё было правильно.

Марина смотрела на него, чувствуя как сердце начинает биться быстрее от предвкушения.

— Опять секреты, — сказала она с лёгкой улыбкой.

— Последний, — пообещал он. — Обещаю — последний секрет между нами.

Домой она шла пешком, несмотря на мороз.

Думала о его словах — последний секрет. Думала о том как её жизнь развернулась за этот год: от разбитого брака, от пустоты и предательства — к этому вечеру, к этой руке которая держала её руку через стол, к этому человеку который говорил навсегда и имел это в виду.