Книга Мой железный босс. Любовь вопреки, страница 114 – Анна Варшевская

— Про людей в целом, — отвечаю сухо. — Не всё в этом мире касается исключительно тебя.

— Какая жалость, — тянет Аврора, снова отворачиваясь к окну. — А я-то уж начала думать, что являюсь центром твоей вселенной.

На языке вертится ответ, что слишком многое в последнее время действительно крутится вокруг неё. Её безопасность, её сестра, этот дерьмовый шантажист, старые бумаги, дед, брачный договор, моё собственное совершенно нелепое желание видеть её рядом и слышать, как она смеётся. Но, разумеется, ничего из этого я не говорю.

— Не переоценивай себя, — бросаю вместо этого.

— Не переживай. Рядом с тобой это довольно трудно.

Она замолкает, и несколько минут в машине слышен только ровный шум двигателя. Я уже решаю, что мне удалось увести разговор в сторону, как Аврора вдруг неслышно вздыхает рядом.

— А я люблю больших собак, — говорит негромко, задумчиво, даже немного нехотя, как будто сама не понимает, зачем сообщает это мне. — Маленьких тоже люблю, но большие мне всегда нравились больше. Они кажутся надёжными.

— Надёжными? — повторяю с недоверием.

— Да. Когда рядом большой пёс, с ним спокойно. Особенно если он хорошо воспитан и знает, кого защищает.

Спокойно. Рядом с псиной с огромной пастью, клыками и лапами, которые могут сбить взрослого человека с ног. Какая, к чёрту, может быть надёжность в животном, которое в один момент сидит, а в следующий бросается по команде?!

— Для защиты существуют специалисты, охрана и нормальные системы безопасности, — говорю хмуро. — Они хотя бы действуют по инструкции.

— Охрана не прыгает перед тобой и не радуется, когда ты возвращаешься с работы, — отвечает Аврора. — И её нельзя обнять.

От неожиданности я едва не спрашиваю, неужели ей некого обнимать, но вовремя прикусываю язык. Вместо этого представляю её рядом с такой же чёрной громадиной, как пёс Резанова. Аврора сидит на полу, зарывается пальцами в шерсть, смеётся, а тварь кладёт ей морду на колени и смотрит на меня так, как будто именно я лишний в собственном доме.

Картина мне не нравится.

Совершенно.

— Мы не заведём собаку, — заявляю твёрдо.

Боковым зрением вижу, как Аврора медленно поворачивает голову ко мне.

— Мы?

— В моём доме собаки не будет.

— Ах вот оно что, — произносит она почти ласково, и я сразу понимаю, что сказал что-то не то. — Во-первых, я не спрашивала у тебя разрешения. А во-вторых, когда буду жить в своём доме, обязательно заведу себе большую собаку!

«Когда буду жить в своём доме…»

Слова неприятно царапают. Она всё ещё считает нынешнюю жизнь временной. Всё ещё мысленно отделяет себя от меня, от брака, от любого общего будущего.

— Ты сейчас живёшь в своём доме, — говорю жёстче, чем собирался.

— Нет, Феликс. Я живу в твоём доме, потому что ты решил, что так будет безопаснее и удобнее. Это немного другое.

— Это наш дом.

— Для того, чтобы он стал нашим, я должна так решить. А не ты.

Стискиваю зубы и заставляю себя смотреть на дорогу. Вот почему с ней невозможно нормально разговаривать?! Начали с собаки, а через пять минут она опять умудрилась ткнуть меня носом в то, что считает себя чуть ли не пленницей.

— Хорошо, — говорю после паузы. — Допустим, ты заведёшь собаку. Какую?

— С чего вдруг такой интерес? — подозрение в голосе такое, словно я ей ловушку какую-то расставляю.