Книга Мой железный босс. Любовь вопреки, страница 186 – Анна Варшевская

— Устала? — спрашиваю негромко, подходя к кровати с другой стороны. — Не будешь против, если я выключу верхний свет?

— Да, выключай, — она рассеянно кивает, и я щёлкаю выключателем, оставляя только неяркую подсветку.

— Я могу лечь?

— Феликс, ну в самом деле, это же твоя кровать…

— А как же ориентиры? — осторожно опускаюсь, ложась на спину, и поворачиваю голову к ней.

Аврора смотрит на меня, сползает ниже, сворачиваясь калачиком на боку ко мне лицом, подкладывает руки под голову.

— Феликс, я тут думала…

— Мне уже страшно, — говорю тихо, когда повисает пауза.

— Да нет, — вижу её улыбку в приглушённом свете, но она тут же снова становится серьёзной, вздыхает. — Думала… в общем, о тебе. О том, что ты чувствовал. И как, ну… то есть… — запинается, потом с досадой выдыхает: — Господи, почему это всё так невозможно говорить словами?

— Скажи прямо, так, как есть, — поворачиваюсь, тоже устраиваясь на боку. — Что и когда я чувствовал, я не понял?

— Ты сказал, что тебе было хорошо, — отвечает тихо, и я чувствую, как мгновенно начинает стучать в висках, когда до меня доходит, о чём она. — Тебе… было очень хорошо?

— Аврора… — выдыхаю сквозь зубы.

— Я спрашиваю, не чтобы поиздеваться! Просто… ответь?

— Да. Очень, — отвечаю глухо. — Так лучше?

— Я раньше думала, что если тебе хорошо, то мне от этого обязательно должно быть плохо, — говорит она, и я невольно стискиваю челюсти покрепче. — А сегодня всё было иначе. Мне… понравилось видеть, что тебе хорошо из-за меня. И стало… интересно, — сглатывает, а мне вдруг перестаёт хватать воздуха.

В прошлый раз её «интересно» довело нас до моего оргазма в гостиной на диване.

— Интересно… как это бывает? — облизывает губы, и это движение как будто направленно бьёт меня прямо в пах.

— Ты говоришь о себе? — спрашиваю осторожно.

Она молчит, а потом едва заметно кивает.

Господи, дай мне сил пережить эту ночь…

— Это не значит, что я готова ко всему… прямо сейчас… — Аврора приподнимается на локте, глядя на меня. — Но после того, что было с тобой, мне… хочется понять. Почувствовать.

— Ты хочешь, чтобы я подсказал тебе, что нужно сделать? — уточняю после паузы, не зная, как сформулировать достаточно точно и одновременно деликатно.

— Ты можешь сделать что-то сам, — выдыхает она.

— Тогда… ты позволишь? — медленно сдвигаюсь по кровати ближе к ней.

Она сама протягивает руку, берёт мою ладонь и опускает себе на талию.

— Поцелуешь меня? — спрашивает еле слышно.

Медленно наклоняюсь к ней и так же медленно целую, раскрывая ей губы, чуть сминая, лаская, проводя по ним кончиком языка, словно леденец облизываю. Главное — не зайти слишком далеко, не перегнуть палку, не позволить себе лишнего…

Никогда ещё я не думал так много в такие моменты. Двигаюсь так медленно, как только могу, предупреждаю, что буду делать, прежде чем коснуться плеча или чуть приподнять края футболки.

И каждый раз, когда она кивает или шепчет «да», у меня внутри словно что-то ломается и собирается заново. Потому что это не похоже ни на что из того, что я знал раньше. Это не власть… не завоевание. Даже не обычное желание. Это что-то большее, что-то, чему я не могу найти названия.

Аврора начинает дрожать. То напрягается, то расслабляется, то сама тянется ко мне, то вдруг замирает, прислушиваясь к себе. Я не тороплю. Не спрашиваю каждые несколько секунд, хотя хочется. Просто останавливаюсь, когда чувствую, что она задерживает дыхание, и продолжаю только тогда, когда она сама снова касается меня.