Книга Мой железный босс. Любовь вопреки, страница 52 – Анна Варшевская

Жму на кнопку, ощущая пальцем прохладу металла.

Двери разъезжаются, я вхожу внутрь и только там понимаю, что всё это время держала спину так прямо, словно мне в позвоночник вставили металлический штырь. Прислоняюсь лопатками к стенке и на секунду закрываю глаза.

Зря. Ох как зря.

Потому что перед внутренним взглядом мгновенно вспыхивает не картинка даже. Ощущение. Боль. Его голос. Его пальцы. Это его жуткое, оглушённое: «Почему ты не сказала?»

Меня чуть не передёргивает. Открываю глаза и смотрю прямо перед собой, на зеркальную поверхность двери.

Лифт едет вниз. Я разглядываю собственное отражение и думаю, что всё в порядке. Щёки вроде нормальные. Губы тоже. Макияж не поплыл. Глаза… ну, глаза как глаза.

Если не присматриваться.

На автомате прохожу мимо пункта охраны, выхожу на крыльцо, втягиваю воздух сквозь сжатые зубы.

Чёрт подери, у тротуара стоит его машина. И водитель уже стоит возле открытой задней двери.

— Аврора Романовна, я отвезу вас домой.

Ну разумеется. Всё решено за меня, не так ли? Перебьются!

— Не нужно, — говорю, и собственный голос кажется мне странным, каким-то слишком ровным и чужим. — Я доберусь сама.

— Мне велено… — немного мнётся водитель.

Ну конечно. Мне велено. Тебе велено. Всем велено.

— Я сказала, не нужно, — повторяю, на секунду чуть не потеряв голос.

— Аврора Ро…

— Я заору на всю улицу, — говорю ровно. — Передайте вашему… вашему… шефу, что я уволилась и доеду сама.

Мужчина смотрит на меня пару секунд. Потом, к счастью, отступает.

Я разворачиваюсь и иду прочь от машины. Как удобно и предусмотрительно — приказать проследить, чтобы я добралась куда надо.

Меня чуть не выворачивает от этой мысли.

До метро я дохожу почти на автомате. Не помню, как перехожу дорогу, как спускаюсь по лестнице, как прикладываю карту к турникету — хорошо, что на автомате засунула её в сумку перед выходом из дома. Всё это происходит без меня, отдельно, само по себе. Я просто… словно бы иду внутри собственного тела.

Только на эскалаторе до меня доходит, что я стискиваю сумку так, словно это моя последняя оставшаяся защита.

Разжать пальцы не получается. Да и не хочется.

Ну и чёрт с ней. Имею право держать так, как удобно.

В вагоне, к счастью, не слишком людно. Первые две станции я просто сижу. А вот на третьей меня начинает колотить.

Сначала совсем чуть-чуть. Тонкой внутренней дрожью. Потом сильнее. Тело, видимо, решает, что раз уж я дотащила нас до относительной безопасности, можно перестать держаться.

Я вжимаюсь спиной в сиденье и заставляю себя дышать размеренно. Это просто откат. Это просто… никто не должен ничего заметить. Не нужно мне ничьего внимания. Я не хочу, чтобы до меня дотрагивались. Вообще! Совсем! Никогда!

Эта мысль вспыхивает так резко, что я даже моргаю.

Никогда — это, конечно, слишком.

Но прямо сейчас именно так и ощущается. Только бы доехать до дома. Доехать, закрыть дверь, снять это платье…

Меня снова чуть передёргивает, когда я понимаю, что на мне всё ещё то самое идеально подобранное платье. То самое, в котором не к чему придраться, которое я выбирала так тщательно, чтобы никто не смог отпустить по его поводу какое-нибудь унизительное замечание.

Смешно. Это всё равно не спасло.

В эту секунду меня впервые с момента случившегося накрывает болью не тела, а… внутри головы. Я ведь правда готовилась... и старалась... и надеялась пережить этот вечер…