Книга Бывшие. Тайные дети прокурора, страница 21 – Ольга Ракс

— Зачем ты это сделал? — касаюсь пальцами распухших после поцелуя губ и смотрю на мужчину. — Мы знакомы всего сутки…

— Для страсти хватит и нескольких минут.

— Страсти? — значит это всё, что он от меня хочет? В моём вопросе явно звучит разочарование. Неужели я не достойна большего? Любви, например?

— Прости, я не так выразился. Ты мне очень сильно нравишься, ты меня привлекаешь, как женщина. Я хочу тебя, Ольга.

— Я думаю нам не стоит начинать. Вы здесь по работе, как только вы закончите свои дела, мы расстанемся и больше никогда не встретимся. — внутри всё холодеет, лучше закончить это всё так и не начав.

— А если я заберу тебя с собой? Ты поедешь со мной в Москву? Станешь моей женщиной? Подумай, Оля. Там ты будешь со мной и у тебя будет больше шансов на лучшую жизнь. После этого дела меня ждёт повышение и мне рядом нужна достойная женщина, которая станет моей опорой и тылом. Та, что будет рядом, поддерживать и хранить дом.

— Вы делаете мне предложение, господин прокурор спустя сутки знакомства?

— У нас будет время узнать друг друга лучше, и я буду ждать твоего ответа, и мы будем с тобой встречаться, как пара. Согласна?

— И вы готовы познакомится с моей семьёй?

— Если это для тебя важно.

— Отличная шутка. Давайте работать.

Тяжёлый взгляд Архангельского сверлит в моей спине дыру, чувствую его лопатками. Опускаюсь на кресло за стол секретаря и включаю компьютер.

— Хорошо, понял. Принеси мне кофе через пять минут и созвонись с Горским, передай, что у меня для него есть ещё одно дело, пусть быстрее возвращаются. — я киваю и он уходит в кабинет, закрывая дверь.

Почему я должна звонить его помощнику? Он и сам в состоянии сделать это. Для начала иду в небольшую кухню и включаю кофе-машину, подставляя чашечку под слив. Пока кофе готовится ищу номер Горского и набираю на служебном телефоне.

— Слушаю. — отвечает мужской голос.

— Макар Геннадьевич, Богдан Александрович спрашивает, когда вы будете?

— А, что у него телефон сел? — усмехается его помощник.

— Не знаю, он передал, что вы ему нужны у него для вас есть новое дело.

— Будем минут через двадцать.

— Хорошо, я ему передам. — отключаюсь и беру маленький поднос, ставлю чашку с кофе, сахарницу, и ложечку. — Я, конечно, всё понимаю, но мне что теперь всю жизнь кому-то кофе подавать? Нужно что-то решать и найти уже нормальную работу, а мой дорогой дядюшка и сам справится. — бурчу под нос.

В дверь не стучу, тихо вхожу и ставлю кофе на стол, после отхожу на шаг от стола и не знаю куда деть глаза и руки, особенно после нашего поцелуя.

— Ваш помощник сказал, что будет здесь через двадцать минут.

— Хорошо. — кивает он, не поднимая глаз от бумаг на столе.

— Будут ещё какие-то распоряжения?

— Да, запроси ещё кое-какие документы, нужно послать запрос в центральную больницу на имя главного врача, мне нужна подробная выписка из медкарты пострадавшего в перестрелке. Вот тут его данные. — ко мне по столу скользит лист.

— Поняла. — забираю лист и прижимая к себе поднос и лист выхожу из кабинета.

Закрываю дверь, навалившись на неё спиной, сердце в груди бешено бьётся, смотрю невидяще на исписанный лист в своих руках. Как мне продержаться всё это время рядом с ним? Он же наглый и властный, давит своей харизмой и брутальностью, знает, как действует на женщин. Но, я же не как все? Или нет?