Книга Бывшие. Лед прошлого между нами, страница 8 – Катя Озерова

Адам Ребров.

Когда-то он играл в команде вместе с Илаем, а сейчас управляет сетью автомастерских.

— Оль, я перезвоню. Адама встретила, — вешаю трубку не смотря на возмущения сестры и подхожу к мужчине.

Мы дружим. По крайней мере я упорно делаю вид, что не замечаю его заинтересованных взглядов. Нет ничего хуже, если тобой пользуются, это я на своей шкуре прочувствовала. Поэтому не стану поступать с Адамом так, как когда-то со мной поступил Илай. Лучше вовсе перестану с ним общаться, если он начнет настаивать на большем.

— Привет, — Адам оборачивается с широкой улыбкой. Мой взгляд скользит по мужественному лицу, по широкому разлету плеч в легкой ветровке. Он красив. Шикарен. И полная противоположность Илаю — зеленоглазый блондин. И почему я не могу влюбиться в него?

— Ты плакала? — Адам подходит ближе, с тревогой заглядывая мне в лицо.

— Это от ветра, — пытаюсь натянуть на губы подобие улыбки, — решила прогуляться после занятий с одним из подопечных. Центральная площадь, потом на Парковую свернула. А там всегда ветра, я…

— Басов приехал, — выдыхает он и внимательно следит за реакцией.

— Как приехал, так и уедет, — прохожу мимо Адама к подъездной двери, — хочешь подняться? Я ужасно замерзла. Без перчаток пошла, без шапки. А я же мерзлячка, ты знаешь.

— Знаю, — он идет следом. Крупные ладони ложатся на мои плечи и бережно сжимают, — я билеты в цирк взял, шел к тебе сказать, — раздается сипло на ухо. — Стеше понравится, там будут кошки и маленькие собачки

— Кошки — это хорошо, — ускоряю шаг, чтобы Адама отпустил. Черт возьми, как же неловко! — И собачки тоже, — в лифте становится еще хуже. Он смотрит тем самым взглядом, какой я видела каждый раз в зеркале у себя, когда с Илаем встречалась. В нем такая ранимость, открытость для меня. И агония. Он ждет знака от меня. Любого. Что я тоже чувствую. А я не чувствую… Господи, я не хочу такой быть. Я не хочу быть человеком, который причиняет второму мучение.

Пальцы дрожат, пока я ковыряюсь в замке ключом. Быстро сбрасываю в прихожей сапожки, пальто и бегу на кухню. Щелкаю чайником.

Адам появляется через несколько минут. Он спокойно разделся, помыл руки в ванной. Сейчас остановился в дверях маленькой кухни и оперся плечом о косяк.

— Я хочу серьезно с тобой поговорить, — его внимательный взгляд улавливает все мои дерганые движения по кухне. Как вынимаю чашки, едва не разбив. Как достаю коробку с зефиром, — о нас, — продолжает с нарастающим напряжением в голосе.

О нас?

О нет!

Господи, я не готова сейчас. Встреча с Илаем итак выпотрошила меня полностью. Я будто вернулась в те темные времена, будто снова пережила гребанную поездку к нему в Москву, испытала безысходность из-за пренебрежительного отношения его родителей. Вспомнила злосчастную пачку денег в конверте. В моей груди снова открылась кровоточащая рана. Мне больно!

— Я не готова сегодня к серьезным разговорам, прости, — ставлю чашки на стол, — я на минуту, хорошо?

— Конечно, — от разочарован. Хмурится, но пропускает меня мимо. Сбегаю в ванную, где умываюсь. Из зеркала на меня смотрит раздавленное жалкое существо — сама себя не узнаю. Уверена, Адам тоже видит меня такой. И все понимает.

Переодеваюсь в спальне в широкие домашние брюки и объемную футболку. Волосы завязываю в хвост. Еще раз смотрю на себя в зеркало прежде чем вернуться на кухню. Глаза красные, но в общем я выгляжу уже спокойнее.