Книга Воскресный папа, страница 30 – Катя Озерова

— Оу…

— Будешь расхаживать красивая с пузиком, требовать селёдку с грушевым конфитюром у Потапа.

— Его хватит удар, — Настя уютно устраивается у меня на груди. — А с другой стороны, придумает по десертам что-то новое к лету. Ему главное — стресса добавить.

— Угу. Так ты согласна?

— Мммм, да. А когда займёмся?

— Думаю, надо прямо сейчас, — принимаюсь за её пуговички на блузке. — Завтра заедем в ЗАГС заявление подадим. Через месяц распишемся в «Трюфеле». Там арка твоя для свадеб приедет, на веранду её установим и протестируем.

— У нас расписано на три месяца вперёд, — цокает Анастасия. Стягивает с меня галстук и пиджак.

— А мы с Олей окошко для нас с тобой оставили. Будет суббота, закроем ресторан на день. Отметим своими.

— Согласна, — Настя сдаётся и целует. Сладко, тягуче, с желанием.

Моя женщина!

Два года спустя.

Настя

— Значит так! — Громыхает Никита. — Всех уволю! Всех!

— Тише, Никита Сергеевич, — Пожарский передаёт ему бутылочку с тёплым молоком прямо в руку и хлопает по плечу. Смешно шевелит пышными усищами, чтобы нашего сына рассмешить. — Не волнуйтесь вы так. Ромка не волнуется, и вы не волнуйтесь.

Муж бросает тяжелый взгляд на шеф-повара и мотает головой. Наш сынок Ромка у него в слинге на груди болтается, ножками беззаботно машет. У малыша первые зубки режутся, он почти не спит. А тут уснул, а в кладовке громыхнули ящиками, разбудили.

Ромка хватает бутылочку и тянет себе в рот.

— Сейчас поест и уснёт, — целую сыночка в лобик с виноватой улыбкой. Это же я была в подсобке, считала остатки на конец месяца вместе с Колькой, новым завхозом. Он ящик с консервами и не удержал. — А ты с ним поспи, а то раздражённый очень.

— Я не раздражённый, — муж прикрывает тяжёлые веки.

— Голодный? — Подсказывает Пожарский и тарелку с отбивной ему показывает. Смотрит на моего мужа по-отечески. — Давай, Никита Сергеевич. Поешь вместе с Ромкой да иди поспи. Мы на цыпочках ходить будем.

— И я тоже, — обещаю, скрестив пальцы.

— Настя, — муж переводит на меня умоляющий взгляд. — Мне в бумагах разобраться нужно!

— Сменю через час, как только закончу, — глажу его по плечу. У нас банкет для дочки губернатора, надо лично принять заказ и расшаркаться. — Или через два.

Никиту жалко, но это он на втором настаивал. Я тоже была не против, но сидеть дома в декрете — это не моё, ресторан без меня никак.

Декрет у нас получается на двоих. То я с Ромкой, то Шахов. Персонал тоже помогает.

Катька в школу пошла, а после занятий обязательно в ресторан. Вертится на кухне, за Пожарским хвостиком ходит. Очень хочет стать таким же знаменитым поваром, как он. Династия у нас будет, точно.

— Через час, — буркает Никита. Забирает тарелку с едой и идёт в кабинет. Там у нас диван удобный, манеж для Ромки и игрушки. Почти детская.

Я бы и сама поспала, ночь была бессонной. Зеваю и прошу на баре сделать мне кофе покрепче. Сейчас закончу переговоры, Ромку заберу и домой. Побуду немного нормальной мамой в декрете.

За два последних года наш «Трюфель» поднялся с колен, так сказать. Мы сделали ремонт, давно работаем в плюс. О нас пишут в журналах хвалебные статьи. Мы вошли в топ десять самых посещаемых мест города.

Вот так, папа, а ты чуть всё не угробил…

По отношению к нему я испытываю разочарование. Злость отпустила, особенно после последних событий.