Книга Олд мани 2. Наследник, страница 84 – Яна Голд

— Уточняющих? – холодно переспросил Марк, сунув руки в карманы брюк.

И хоть он не подавал виду, я понимала, что его нервируют оба детектива. Одним только напоминанием, что поиски до сих пор не принесли результатов, Сорель давил на больную мозоль. Что уж говорить про Гроссо? В отличие от своего деликатного коллеги он прямо заявлял о своих подозрениях.

— Все верно, мсье Рошфор. Вы не волнуйтесь, это стандартная процедура, – поспешил объясниться Сорель. – Мы просто побеседуем с каждым членом семьи в индивидуальном порядке.

Как бы Сорель не пытался сгладить острые углы и усыпить бдительность, было понятно одно – детективы хотят опрашивать каждого по отдельности, чтобы развязать всем языки и выявить несостыковки. И вроде бы это должно быть в наших интересах… Но что-то мне подсказывало, это не так. Готова поспорить, Гроссо уже прикидывал, кому из нас наручники подойдут больше.

— Мсье Рошфор, начнем с вас, если не возражаете, – сказал Гроссо, и судя по утвердительному тону, это был не вопрос.

— Разумеется. Пройдемте в столовую, – кивнул Марк и пригласил их в дом.

Прежде чем уйти с детективами, он успел бросить на меня всего один взгляд, который, по всей видимости, должен был меня успокоить, но это не сработало. Волнение только усиливалось.

Я зашла с ними в дом, но поняла, что пройти дальше холла мне никто не позволит. Замерев, я растерянно смотрела им вслед и вышла из оцепенения, только когда они скрылись за дверью столовой. Ничего не оставалось, кроме как уйти в малую гостиную и прислушиваться к звукам из коридора.

В последнее время мы только и делали, что ждали, но на этот раз ожидание Марка было одним из самых нервных. Вместо того чтобы успокоиться, я мысленно составляла список вопросов, которые могут задать детективы, и готовилась к обороне. С каждым продуманным ответом во мне росло возмущение. Я невиновна. Марк невиновен. Почему мы должны доказывать это и оправдываться?

Спустя 40 минут ожидания я успела себя сильно накрутить и раскрутить обратно. Просто постаралась принять мысль, что подозрительно-обвинительный тон Гроссо – это обычный стиль общения, который он выработал за годы службы в правоохранительных органах.

Я ничего, в сущности, не знаю о Феликсе, кроме того, что он был неплохим человеком. Я не в курсе, имел ли он врагов. Я ничего не знаю о его делах. Какой смысл им вообще со мной разговаривать? Но все-таки я понимала, что допрос состоится и от этого было тревожно.

Чувство тревоги усиливалось, когда я начинала думать про Марка. Гроссо явно невзлюбил его с первого взгляда, и теперь просто искал повод, чтобы придраться к младшему Рошфору, а тот в ответ только подливал масла в огонь.

Марк не пытался перед ними лебезить и отстаивал свои интересы, когда вопросы следствия становились слишком провокационными. Конечно, все это вызывало подозрения у полиции. Но не у меня. Я понимала, что Марк пытается меня защитить. Но поймут ли это детективы? Или для них это будет еще одним аргументом, чтобы повесить затянувшееся дело на удобного подозреваемого?

Из коридора послышался звук открывшейся двери. Я вскочила с дивана и высунула голову в дверной проем. По коридору шел Марк. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять – разговор прошел не особо гладко. Он выглядел раздраженным и взвинченным, хотя изо всех сил пытался это скрыть.