Книга Зайкина, вам надо срочно родить!, страница 43 – Лёля Зайкина

— Ну, если от любви.

Муж тянется, чтобы меня поцеловать, и пусть у нас назначен приём на определённое время, не могу в этом отказать ни ему, ни себе.

Мы всё-таки выбираемся из авто. Точнее Харитон сначала отстегивает меня, а потом помогает выбраться, так словно я сама на это неспособна. Но стоит ему приобнять меня за талию, положить ладонь на живот, мне уже не хочется отказываться от этого, пусть и несколько излишнего внимания.

Зачем отказываться, если можно наслаждаться тем, что имею? Внимание, это же приятно. И потом, пройдёт не так много времени, родятся наши малыши, и буду требовать заботу.

Мы будем словно белки в колесе мотаться вокруг них. Я не хочу привлекать к уходу за малышами няню. Да, сейчас часто прибегают к помощи те, кто могут себе её позволить, но мне хочется насладиться всеми радостями и даже тяготами материнства.

Хочется быть рядом с детками постоянно. И уверена, что Харитон меня в этом поддержит.

Конечно, от визитов и помощи Алёны, нам не отказаться, как только мы поженились, сестра Харитона сообщила, что будет крестной первенца. Впрочем мы совсем не против, мне она очень симпатична, да и Харитон наконец-то признал в ней сестру, перестал видеть в её действиях злой умысел, поверил в ее любовь.

Если всё хорошо, у Алёны даже выбор будет, кого крестить, первенца должно быть два, а нас станет сразу четверо.

Но пока мы ещё вдвоём, почему бы не получить заботу мне? К тому же Харитон совсем не против её мне подарить.

Прижимаюсь плотнее и вскоре, мы проходим через холл клиники, заходим в кабинет.

— У нас двойня? Правильно? — спрашивает врач после приветствия, когда я занимаю место на кушетке, а муж садится рядом, сжимает мою ладонь, то ли пытаясь поддержать меня, то ли ища успокоение у меня.

Харитон нервничает. Сильно.

— Да, двойня, — произношу я, и вскоре прохладный гель касается живота.

Не слишком приятные ощущения, но они пропадают, когда я сосредотачиваю все внимание на экране, как и Харитон.

Врач задумчиво водит датчиком по животу. Улавливаю лишь размытые силуэты, ничего пока не понятно. Врач не даёт возможности рассмотреть малышей.

— Что-то не так? — спрашиваю нервно.

Может быть, так и должно быть, может быть, осмотр длится ровно столько, сколько и сейчас, но я ждала, что нам сразу покажут малышей. Что мы будем рассматривать их профили. Уже должны быть видны детки. Я читала об этом и очень хотела их увидеть. Но пока не вижу и нервничаю, сильно нервничаю.

— У вас не двойня, — говорит врач.

Перед глазами на миг темнеет.

— Но как? Ошиблись? Или яйцеклетка могла рассосаться? У меня не было никаких выделений.

— У вас тройня. Сейчас мы всех внимательно рассмотрим, — произносит врач, а я с распахнутыми глазами смотрю на него.

— Тройня…

— Такое иногда бывает. На маленьком сроке деления ещё не видно, — объясняет он, а сердце бешено стучит в груди.

Вскоре мы узнаем, что у нас все идёт согласно сроку. Теперь понятно, почему у меня так резко выскочил живот. У нас будет даже не два, а три малыша. А у Алёну будет куда больший выбор кого крестить.

— Ты рад? — спрашиваю у Харитона, когда мы выходим из кабинета УЗИ.

Муж будто в прострации с момента, как врач сказал о тройне.

Но сейчас он останавливается, поворачивается ко мне, и я вижу как блестят его глаза.

— Ты ещё спрашиваешь? Ты сокровище, Оль, ты настоящее сокровище! Спасибо тебе за то, что не оттолкнула, за то, что ты даришь мне счастье. Трое детей! Я и об одном уже не мечтал, — произносит Харитон так трогательно, так нежно, я такой эмоциональностью, что меня накрывает волной любви и желанием стать ещё лучше для своего мужчины.

Да, с тройней точно будет не просто справляться, но ради нашей семьи, ради нашего общего счастья мы поднапряжёмся, и у нас все получится.

Главное, мечты сбываются и даже в большем объёме, чем мы планировали.