Книга Папа из пробирки, страница 46 – Ева Коши

— И что? Пробежался?

— Наверняка. Там были ребята, которые не слезли бы с него ради честности.

— Вы не наблюдали как были отомщены?

Алина ответила не сразу, отвернувшись в другую сторону.

— Это был такой у меня период. Первый раз играла на спор и дала выиграть осознанно, это было что-то вроде маленького протеста…

Она вновь замолчала.

— Протест против испытаний на животных или вырубки сибирских лесов, - спрашиваю, так как хочу узнать её ближе.

— Нет, - улыбается Алина, - это был протест против решения моих родителей. В один вечер я узнала, что у мамы другой мужчина, а у папы другая женщина. Я ушла из дома и поселилась в общаге, зная, как они против этого. Я хотела привлечь их внимание к бедовой дочери, чтобы они помирились ради меня. Я пробовала курить и дала им знать об этом, я выпивала и приходила к ним пьяной, в общем целый месяц творила дичь, пока самой не стало тошно: я ведь никогда не была к этому расположена. К тому же родители только сильней начали ссориться, обвиняя друг друга. Они всё равно разошлись. В какой-то момент я поняла, что все потеряно и в попытке собрать невозможное я теряю себя. Мне дали выбор - жить с мамой в Америке или с отцом в нашем доме. Не выбрала никого и сняла квартиру, вернула свою правильную жизнь, подрабатывала и жила самостоятельно. В обоих семьях я была бы чужой, хотя Стэн хорошо ко мне относился, а Вера не лезла в мою жизнь. Потом родители договорились и купили мне квартиру. Дальше я сама. Но иногда кто нибудь из них да и подкинет мне деньги на подарок.

Она посмотрела на меня, а я шёл рядом задумавшись над её рассказом.

— Не бойтесь, босс, я больше не творю дичи. Вообще я хорошая девочка, хотя нет-нет меня и заносит.

Я улыбнулся, повернув к ней голову.

— А сегодня бы вышли в таком виде? – спрашиваю, удерживая её взгляд.

— Надо было проверить… чего уж теперь говорить об этом, - смеётся она и я не могу понять – кокетничает или вызов бросает.

Вообще с первых дней заметил, что никакой субординации она со мной, как с боссом, не соблюдает. И шутит, и кокетничает, и смотрит с вызовом.

Улыбаюсь её ответу и дальше идём молча пару минут.

— Вы не устали? – спохватился я.

Она обернулась назад.

— Наверное, пока проделаем обратный путь, будет как раз потребность в отдыхе. Вы не против, если мы вернёмся?

— Конечно нет. Это прогулка для вас.

Она немного смущённо вскинула на меня глаза.

— Спасибо.

«Всё ради вас» - промелькнуло в голове, имея огромное желание произнести вслух. Но я лишь улыбнулся и кивнул.

Дойдя до отеля, проводил её до номера.

— Отдыхайте, Алина, а завтра съездим на выставку. Вы, кстати, фотоаппарат взяли?

— Взяла. Я, конечно, не Хельмут Ньютон, но кое что умею.

— Боюсь, мне не была оказана честь быть ему представленным.

— Это всего лишь всемирно известный фотограф. Уверена, вы ничего не потеряли.

— Что ж, буду знать. Спокойной ночи.

— Приятного вечера, Марат Дмитриевич.

Она зашла к себе в номер, а я спустился и ещё некоторое время провел в баре.

Утром следующего дня я позвонил ей и пригласил на завтрак.

— Доброе утро, Марат Дмитриевич, - поздоровалась Алина, войдя в ресторан и садясь за столик, который я заранее выбрал и ждал её.

— Доброе, Алина. Как отдохнули?

— Спасибо, замечательно… Вы уже заказали завтрак?