Книга Брат подруги. Назови меня своей, страница 24 – Мария Абдулова

— Ты же рассказывала, что они друг другу в вечной любви клялись, чего он теперь истерит? - спрашиваю, подойдя ближе.

Подруга громко фыркает и, не отвлекаясь от просмотра, отвечает:

— Это было две серии назад!

— И что это значит?

— С того времени они успели развестись, посвататься к другим, попасть в аварию, чудом выжить, узнать о предательстве его семьи и тайне её рождения. Она, оказывается, внебрачная дочь мужа его тёти, заменившей ему мать, так как та бросила его в пятилетнем возрасте на улице. А ещё выяснилось, что его лучший друг безответно в неё влюблён, представляешь?

— В кого? В мать или тётю, заменившую мать?

Аланка, наконец, отрывается от сериала, поворачивает голову ко мне и смотри так, будто я сказала, что “жи-ши” с “ы” пишется.

— В главную героиню!

— Ну, прошу прощения!, - хохочу, плюхаясь рядом с ней. - Не секу фишку в шедеврах кинематографа, каюсь.

Подруга недовольно двигается и снова погружается в свою мыльную оперу, но я быстро закрываю ноутбук и убираю его себе за спину, чем вызываю возмущения масштабом не меньше, чем у того бородача с экрана.

— Марусь, ты что творишь?! Я не досмотрела!

— Если хотела смотреть их, то зачем меня уставшую после смены вызвонила, а? Жаловалась, что скучно, что не знаешь, чем себя занять, что хандра замучала, а сама?

— Ой, ну, подумаешь, - она беззаботно отмахивается и вертит головой, прицениваясь как бы забрать у меня свой ноутбук. - Не ворчи, давай лучше вместе посмотрим? Это очень интересный сериал, честно!

— Нет уж, дорогая, никаких мыльных опер с бородачами в главных ролях. Я между прочим к тебе в гости ехала, так что, давай, выкладывай с чего взялась эта хандра.

Алана закатывает глаза, поджимает губы, но, когда я показательно кладу ноутбук на пол под кровать, не спорит. Вздыхает только тяжело и снова разваливается на кровати, положив голову мне на колени. Тут же по привычке запускаю пальцы в её шикарные волосы и принимаюсь плести косички в качестве медитации, ожидая, когда подруга соберётся с мыслями.

— Сама не знаю, Марусь… - вздыхает повторно, пялясь в потолок. - Просто как-то тоскливо и скучно. На парах неинтересно, дома мама жизни учит, братьям некогда, ты на работе. Кажется, скоро свихнусь тут одна…

— Может, хобби себе новое найдёшь? Крестиком вышивать? Йога? На скакалке во двое прыгать?

— Ага, я тебе циркачка что ли, Ласточка?

— Ну, а что тут такого, Алан? Движение - это жизнь! Займёшь себя чем-нибудь активным или чем раньше никогда не занималась и тоска сама исчезнет.

— Нет, нет и ещё раз нет. Не хочу!

— А что тогда хочешь?

— Да вот в том-то и дело, что я не знаю что хочу.

Н-да, беда… Задумываюсь, пытаясь придумать выход из ситуации, но в голове на этот счёт пусто, потому что состояние подруги мне незнакомо. Скучать я не умею и всегда что-нибудь да делаю - читаю, готовлюсь к занятиям, рисую, бегаю с заказами в ресторане как электровеник, устраиваю грандиозную уборку под любимые песни с лозунгом “соседи, вешайтесь, подонки!”, болтаю с мамой обо всём на свете, занимаюсь готовкой, только бы она не тратила свои бесценные часы отдыха на то, чтобы стоять у плиты. Да и в целом вижу жизнь очень интересной и многогранной штукой, что поддаваться плохому настроению и беспочвенной меланхолии при её многообразии мне кажется настоящим преступлением. Аланка же не такая. Её характер похож на характер Печали из шикарного мультфильма о человеческих эмоциях. И это не плохо, все мы разные, все мы люди-человеки и каждый по своему живёт эту жизнь, но иногда я за Баграеву беспокоюсь, так как абсолютно не знаю как свою подружаню расшевелить и заставить её красивые чёрные глаза сверкать. Как бы это душно и банально не звучало, но время же не стоит на месте и нужно столько всего успеть увидеть-услышать-достичь-узнать-почувствовать! Голова кругом! И мир на одних сериалах в четырёх стенах не заканчивается. С её-то возможностями и фамилией… Эх!