Книга Бывший на Новый год, страница 32 – Мария Абдулова

За ужином сын, не ведавший какие думы ходят у неё в голове о его будущем, поумерил пыл и переключился на еду. Есть так поздно, конечно, было вредно и в любой другой ситуации Марина бы не позволила подобному случиться, но сейчас сама уплетала за обе щёки, и думать забыв о полезности приёма пищи в это время суток. От удовольствия и того, насколько, казалось бы, простой омлет, приготовленный на скорую руку, был вкусным хотелось процитировать фразу из отечественного сериала: «Я летаю, я в раю» и именно тем тоном, и с тем придыханием, с каким её произносила актриса. Хорошо, что рот был полон еды и это желание, к счастью, осталось не исполненным, иначе Сабуров бы точно пожалел, что решил предложить им свою помощь и оставить у себя. Добро добром, а…

Степанова замерла с вилкой у рта, оглушённая внезапной мыслью. С их встречи прошло всего два часа, а она совершенно бесстрашно принимала помощь Булата, позволив ему привезти их сюда, в место, о котором не знала ничего, кроме того факта, что это его дом, и не на секунду не задумавшись не то, что о вероятных опасных последствиях этого решения, но и о главном — зачем ему это было нужно? И нужно ли было вообще? О всяких глупостях, значит, думала, им любовалась, домашнюю обстановку оценивала, а об этом ни на секунду не подумала! Абсолютно! Тогда как следовало бы это сделать в первую очередь! От мужа порой в своей комнате на замок закрывалась, опасаясь, что ему может что-нибудь недоброе взбрести на пьяную голову, а тут… Так доверчиво и опрометчиво пошла, стоило ему только позвать… Конечно, Сабуров никогда злодеем не являлся и сейчас таковым не выглядел, к тому же выбирать ей было не из чего, но в любом случае вести себя осторожно и, как минимум, задаться вопросом о том, что он может попросить взамен за своё неравнодушие, надлежало сразу. В конце концов, с ней ведь Лёвик и…

— … плавда⁈ — громко воскликнул сын, возвращая её в реальность. — Не шутишь⁈

Переведя взгляд на него, девушка увидела, как он смотрит на мужчину такими большими и полными надежд глазами, что защемило сердце. Только она открыла рот, чтобы поинтересоваться в чём дело и какая тема их разговора на этот раз, как Булат, отложив приборы, встал из-за стола, вышел из кухни и очень скоро вернулся с ручкой и ежедневником в руках.

— Мама-мама-мама, — затараторил мальчик, едва не подпрыгивая на месте от радости. — Будем писать письмо!

— Что? — непонимающе моргнула Степанова, окончательно растерявшись. — Какое письмо?

— Деду Морозу, — ответил вместо Льва мужчина. Подойдя к столу, он положил рядом с её тарелкой ежедневник с ручкой, при этом случайно (случайно же, верно?) слегка затронув пальцами тыльную сторону ладони. — Только сначала нужно доесть всё до конца, договорились?

Сын принялся с пущей активностью работать вилкой, сам Булат вернулся на своё место, она же… Она же пыталась собрать мысли в кучу и при этом не подавиться омлетом.

— Я всё! — через пару минут известил Лёвик, показательно отодвинув от себя тарелку и выжидательно взглянув на них. — Спасибо, дядя Булат!

— Молодец, — похвалил Сабуров, одарив ребёнка тёплым взглядом. — И пожалуйста.

К этому моменту Марина тоже закончила со своей порцией и, решив не тянуть, так как сыну ещё предстояло укладываться спать, потянулась к ежедневнику. Конечно, по её замыслу написание письма Деду Морозу должен был состояться позже, когда «всё устаканится», но лишить Льва такой маленькой и нужной ему сейчас радости, сил не нашлось.