Книга Бывший на Новый год, страница 58 – Мария Абдулова

— Спасибо, — наконец, нашлась Степанова со словами. — Без тебя я бы пропала. Мы пропали.

Ожидала, что мужчина отмолчится или, как обычно, отмахнётся от благодарности, но вместо этого Булат вдруг хмыкнул. Со значением так. С намёком. И будто бы даже с тоской.

— Помнится мне, тебе не впервой, — и не дав Марине возможности как следует свою реакцию обдумать, тут же продолжил: — Пожалуйста, Колесникова, и… И не переживай. Всё будет хорошо.

Она слабо и тоже не без тоски улыбнулась.

С тобой-то да, хорошо, а потом… Без тебя… Как?

К моменту возвращения в дом бывшего она, кое-как справившись с переживанием, чувствовала себя на порядок лучше, чем после разговора с золовкой, а там, у него дома, их уже ждали первые гости и зацикливаться на плохом стало попросту некогда. На самом деле, конкретно её и Лёвика, конечно, не ждал никто, больше друзей Булата интересовал сам Булат, что было абсолютно естественно, и их присутствие рядом с ним для всех стало неожиданностью и поводом для нешуточного удивления. Сам же Сабуров на взгляды, заминки и неловкость и бровью не повёл, преспокойно представив их во всеуслышание по именам, без указания на то, кем они ему приходятся и приходятся ли кем-либо вообще, что утолению любопытства многих совершенно не поспособствовало и вызвало ещё больше вопросов. Остальная часть, кто дружил с ним давно и на чьих глазах развивался их роман шесть лет назад, вместо любопытства явно недоумевали о том, что она со своим ребёнком забыла у мужчины, которого сама же бросила. Взгляды последних выдержать было непросто, но нахождение Булата за спиной придавало сил и Степанова старательно растягивала губы в улыбке, параллельно пытаясь запомнить тех, кого видела в первый раз. Сделать это тоже было непросто, так как кто-то приехал парами, кто-то один, а кто-то целыми семьями и ранее просторный дом очень быстро перестал быть таковым. Казалось, что гости заполнили каждый его свободный уголок и теперь отовсюду слышались разговоры, смех и детские звонкие голоса. Единственное, что радовало в этой не самой привычной и комфортной для неё обстановке, так это то, что сын, мгновенно влившись в компанию детишек, чувствовал себя как рыба в воде и явно был полностью доволен и рад происходящему, вовсю играя с новыми друзьями и не замечая пристальных взглядов взрослых, что нет-нет да присматривались к нему с целью найти общие черты с хозяином дома. Марина в свою очередь подобным похвастаться не могла и ощущала себя, мягко говоря, не в своей тарелке. Старые знакомые не горели желанием с ней общаться, а самой, честно говоря, наводить мосты было страшновато. Приходилось бороться с самой собой, недоверием окружающих и хотя бы по чуть-чуть, но как-то да участвовать в общих разговорах и активностях, проявлять приветливость с энтузиазмом и не сидеть изгоем в стороне ото всех остальных. Скажи ей кто-то раньше, те же шесть лет назад, что она, та ещё болтушка, веселушка и любительница таких вот сборищ, будет молчаливой белой вороной в чужой компании, то не поверила бы, а сейчас… Сейчас сидела и не знала куда себя деть, что говорить и с кем говорить, при этом всяческим образом пытаясь делать вид, в первую очередь для Сабурова, постоянно за ней присматривающим, что на самом деле у неё всё в полном порядке и, вообще, лучше быть не может.