Онлайн книга «Бывший на Новый год»
|
— Мариш, чего сидим? — вырвала её из мыслей уже полностью одетая подруга. Причём одетая не в то платье, на которое Степанова с печалью смотрела, а в совершенно другое — элегантное облегающее драпированное макси, насыщенного шоколадного оттенка с открытыми плечами, подходящее ей так, что удержать челюсть на месте было просто нереально. — Вау… — присвистнула Марина, восхищённо осматривая девушку с ног до головы. — Ты просто бомба, Варь! Красавица! — Ага, замедленного действия, — хмыкнула та, перебирая косметику. — Нарисуешь мне стрелочки? Как ты умеешь! — Конечно, нарисую. — И ещё волосы хочу в пучок убрать. Поможешь? — Конечно-конечно! — Я сейчас пока синяки от недосыпа замажу, а ты платье себе погладь. Оно помялось немного в сумке. Степанова на автомате ринулась было к гладильной доске и стоящему на ней утюгу, но на полпути остановилась, осознав её слова. — Подожди… Мне? — Ну, а кому ещё? — Варя бросила в её сторону взгляд, знакомый ещё со школы и читающийся как «не тупи, Колесникова». — Или ты предлагаешь мне сразу два платья на себя натянуть? — Я просто… — Без «просто», Мариш. Утюг в руки и вперёд! Нам ещё у Булата надо где-то лак для волос раздобыть… Хотя… Ну, его, этот лак, да? Без него обойдёмся. Но сути дела это всё равно не меняет. В темпе-в темпе, давай-давай, — помахала на неё руками, торопя. — Время идёт, а мы моложе не становимся, а некоторые, не буду показывать на Ярого пальцем, умнее, так что вперёд и с песн… Ой, кстати, а давай нашу включим? Когда Варя волновалась, то заметить это могли только те, кто хорошо её знал. В обычном своём состоянии она, конечно, не сидела молча и сложа руки, но будучи в взбудораженном состоянии её энергию и словоохотливость было не унять. Могла делать тысячу дел одновременно, болтая при этом обо всём на свете. И даже спустя годы эта черта в ней изменилась, что с одной стороны было довольно мило, а с другой суетно, так как что подруга в такие моменты не могла усидеть на месте, что другим делать этого не давала, разворачивая активную деятельность в чём бы то ни было. — … где же она? — хмурилась, сосредоточенно смотря в смартфон. — О, нашла! Мгновение и из динамик послышались первые ноты «их» песни, которую они слушали ещё во времена школы и отрывались как в последний раз на выпускном, а потом горланили в караоке и клубах. — Она любила кофе в обед… И по утрам её вкусный омлет… — пропела первые строки Варвара, двигаясь в ритм музыке. — Сто лет её не слушала, представляешь! Сейчас от ностальгии слёзы навернутся, — тепло улыбнувшись, подплыла к ней и принялась танцевать рядом, игриво пихая бёдрами и плечами, вызывая в ответ не менее тёплую улыбку. — О боже, мама, мама, я схожу с ума! Её улыбка, мама, кругом голова! Ну, давай-давай, ещё шире улыбайся, Колесникова, кому говорю? — Я уже сто лет как не Колесникова, если помнишь, — не подчиниться её приказу было просто невозможно и губы сами собой растянулись в улыбку от уха до уха. — Ничего, скоро снова ею станешь, — беззаботно отмахнулась подруга и, взяв её за руки, принялась танцевать уже вместе с ней. — Развод же не за горами, правильно? Правильно! Так что прощай Степанова и здравствуй Сабу… — Варя! — Ой, оговорилась! — эта негодница невинно взмахнула ресницами и тут же задорно расхохоталась. |