Книга Я тебя испорчу, Майор. Книга 1, страница 73 – Мария Абдулова

Девушка фыркнула и уже хотела было высказать своё недовольство вслух, как вдруг почувствовала прикосновение немного шершавых пальцев к клитору. Тело мгновенно пронзила мощная волна удовольствия и с губ сорвался судорожный вздох. Он поймал его губами, надавил на чувствительный бугорок и заглянул в глаза.

— Ммм... Вот так бы сразу... - не смогла удержаться от комментариев Трофимова, двигаясь с его пальцами в такт.

— Ты не в том положении, чтобы умничать.

Если бы её сознание не расплавилось окончательно от его близости, то она бы обязательно ответила что-нибудь дерзкое и остроумное, но оно растеклось лужицей и сосредоточилось в местечке, где скользили умелые пальцы, поэтому Екатерина смогла только промычать что-то невнятное. С каждой секундой реальность стремительно от неё ускользала, а пресловутые облака, на которые в оргазме отправлялись дамочки из бульварных романчиков, становились всё ближе. И, видимо предчувствовав, что она действительно находится на грани, Саша замер. Тяжело дыша, он освободил её руки, которые тут же потянулись вниз, к влажным складочкам, за что вновь оказались пришпилены к кровати.

— Кать, я же тебя и связать могу, - пригрозил мужчина.

— Ты, правда, думал меня этим напугать?

Синеглазый хрипло рассмеялся, посылая по её коже табун мурашек, и покачал головой.

— Да уж, иногда забываю с кем имею дело.

— Надо не дело иметь, а меня, - напомнила ему Трофимова, изнывая от нетерпения и нехватки его в себе.

— Согласен, так что, давай, детка, в коленно-локтевую.

С энтузиазмом выполнив его приказ, девушка шире расставила ноги и прогнулась в спине. Она слышала как шелестит фольга, как латекс раскатывается по возбуждённой плоти и шуршит постельное бельё. Чувствовала Сашин взгляд, жар его тела и как головка безошибочно упёрлась в нижние губки. Казалось, ещё чуть-чуть и она, наконец, получит желаемое, но Соловьёв, зараза синеглазая, медлил.

— Майор?

— М? - так непринуждённо, будто они были не в разгаре сексуальных утех, а на прогулке в парке, отозвался он.

— Я жду, - выдохнула Катя и повела бёдрами в подтверждение своих слов.

— Жди, Катенька, жди.

Александр опустил руки ей на плечи, очертил выступающие позвонки, огладил изгибы и, только потом обхватив за талию, медленно насадил на себя. Наслаждение окатило с макушки до пят, вызвав сладкий трепет и протяжное "о-о-ох". Пальчики на ногах поджались, ладони собрали одеяло в кулак, а глаза восторженно распахнулись. Она так ждала этого момента и так хотела, что теперь смаковала каждое ощущение. Ни с чем несравнимое чувство наполненности, растянутости, целостности. Приятную тяжесть его ладоней. Единство тел и обоюдное стремление быть ещё ближе, чтобы между ними не осталось даже миллиметра свободного пространства.

— Как ты там говорила? - пробасил мужчина ей на ухо. - Хочешь одновременно, да?

Толчок и обжигающий шлепок по ягодицам. Катя вскрикнула, дёрнулась от неожиданности и обернулась на Синеглазого. Он, поймав её шалый взгляд, повторил манёвр, но на этот раз в обратной последовательности.

— Хочешь же, да, Катюш?

— О... О-оче-ень...

Снова толчок, шлепок, хриплый вскрик. От контрастности чувств, его властности и её готовности ему подчиниться, у девушки закружилась голова. Сегодня ей почему-то не хотелось быть сверху и контролировать процесс. Сегодня хотелось быть под ним и просто бездумно отдаваться. Что она и с удовольствием сделала.