Книга Новогодний скандал: инструкция по выживанию для виноватых, страница 61 – Полина Раевская, Мария Абдулова

— Что случилось?

Гриша скашивает на младшенького глаза, замечая то, как внимательно тот считывает каждое его движение, как хмурится обеспокоенно и без особого труда выхватывает главное — что-то не так. Ему, кажется, что он даже видит, как у Геры работают шестеренки в его гениальной голове, одно складывается к другому, выстраиваясь в цепочку, и система выдает результат “стоит доебаться, от нас что-то скрывают”.

Разглядел все-таки. Уловил. Умник какой, посмотрите на него только.

Кобелев-старший, сглотнув, стряхивает растаявший снег с ладоней и, не парясь, вытирает их о джинсы. Это не особо помогает, но так похер, что он просто забивает. Руки не отвалятся и ладно.

— мГриш? — так и не дождавшись от него ответа, переспрашивает брат.

— Че тебе, Герасим-пойдем-забор-покрасим?

— Случилось что, спрашиваю?

— Ничего не случилось.

— Пиздишь.

— Поговори мне еще! — угрожает скорее рефлекторно, чем осознанно. — Нет, все-таки проебался я с твоим воспитанием, надо было поро…

— Да-да-да, пороть, на горох с гречкой ставить и на праздники подарки не дарить, — фыркает, перебивая, и продолжает допытываться. — Что стряслось, выкладывай. У тебя проблемы? С бизнесом? Со здоровьем? У Дили со здоровьем что-то? У близне…

— Тьфу-тьфу-тьфу, — стучит себе по голове и кидает на него возмущенный взгляд. — Сплюнь! Нормально все у Дили с близнецами и я здоров как бык.

— Тогда что не так? Почему на измене весь?

Гриша вздрагивает, напрягается, разворачивается к нему резко и уже собирается выпалить паническое: “Откуда ты знаешь?!”, как до него доходит, что это просто фраза такая. Выражение, мать его!

Ооох, великий, могучий русский язык… Он же сейчас чуть паничку не схватил!

Дергает молнию на курточке вниз, шумно втягивает носом воздух и отрицательно качает головой, сам себе поражаясь. Это же надо собственноручно довести до того, что теперь от любого, даже самого отдаленного намека на свой мерзкий левак, в штаны наложить готов.

— Гриш, ну, епрст, ты будешь мне отвечать? — не успокаиваясь, лезет под шкуру Гера, кажется, придумав еще кучу вариантов того, в чем именно заключается его проблема.

Только Кобелев готов поставить на кон, что брат думает о чем угодно, но не о том, что на самом деле случилось. И это хорошо, наверное, хотя на деле, конечно, от хорошего лишь буква “х”. Хуево, одним слово.

— Малой, вот чесслово, все нормалды у меня. Лучше, давай, будь паинькой-заинькой и иди в дом. Перед Муркой извинись там, с Дилей поболтайте, чтобы за столом все себя хорошо чувствовали и не сидели как неродные. Новый год на носу. Дед Мороз тебе уже Муму в мешке своем тащит, только не топи его, окей? Он же старался все-таки… Из своей этой сказочной страны тебе его нес! — младшенький закатывает глаза, давая понять, на чем он его шутки вертел. — А у меня это.…

Кивает на мангал, тянется к карману за еще одной, уже хер пойми какой по счету сигаретой, как в поле зрения попадается следующий счастливчик, выкрутивший сектор “П”, то бишь пиздюли, на его барабане в игре “огребут все и даже слова угадывать не надо”.

Игорек. А если помнить о его депутатских корочках, то исключительно по имени-отчеству, на вы и шепотом.

Выходит из дома с задней двери дома, накинув на плечи свое пальто, и, остановившись у перил открытой террасы, опирается на них локтями, погруженный в свой телефон. Читает что-то в нем усиленно, щурится недобро и тут же быстро печатает ответ, не замечая никого вокруг, что невольно вызывает смутные сомнения. Потому что Гриша уже однажды видел его таким. Примерно лет десять назад. Когда даже подумать не мог, что это может ему как-либо аукнуться в будущем. Подумаешь, ну, влюбился братишка в шлендру одну и влюбился. С кем не бывает? Благо, Бог его от нее отвел все-таки, с Ассолькой вон свел, дочку подарил, ан нет… Шлендры, оказываются, как бумеранг, имеют свойство возвращаться и такой кипиш навести, что теперь, вон, приходится молить Новый год наступать как можно медленнее, чтобы развод оттянуть.