Книга Измена не худышки. Отпусти меня, босс!, страница 24 – Авелина Атталь

Утром я проснулась затемно. Сердце колотилось. Я встала, приняла контрастный душ, чтобы взбодриться. Тщательно высушила волосы феном, расчесала их и оставила распущенными — они падали мягкой волной на плечи. Макияж делала долго, сосредоточенно: золотистые тени, подводка со стрелками, тушь в три слоя. Помаду наносила тонкой кисточкой — вишнёвую, насыщенную, будто я только что съела ягоду.

Затем — бельё. Чёрный кружевной бюстгальтер с пуш-апом. Он приподнимал грудь, делая её более соблазнительной, округлой. Трусики-стринги, облегающие, почти невесомые. Чулки с кружевной резинкой — я надела их медленно, проводя пальцами по ноге, чувствуя, как шёлк скользит по коже. Они сидели идеально, подчёркивая длину ног.

И наконец — платье.

Я сняла его с плечиков и надела. Шёлк скользнул по телу, обтекая каждый изгиб. Я завязала пояс, формируя талию. Поправила декольте — оно было глубоким, соблазнительным, открывающим кружево бюстгальтера. Брошь из химчистки, которую я приколола чуть ниже, скрыла почти невидимое пятно. Длина платья — чуть выше колена. Я повернулась перед зеркалом, и юбка взметнулась, открывая край кружевных чулок.

Я смотрела на себя и не узнавала. Высокая, стройная, соблазнительная. С вишнёвыми губами и горящими глазами. Я была красивой. Нет — я была прекрасной.

— Ты — богиня, — сказала я своему отражению. — Запомни это. Ты больше не прячешься.

Я взяла чёрные туфли с открытой пяткой, надела их, и они добавили мне ещё сантиметров пять роста. Повернулась ещё раз. Идеально.

Я вышла из дома, и мир вокруг изменился. Мужчины оборачивались на улице. Женщины провожали взглядом. В метро я чувствовала на себе взгляды, и это больше не смущало меня. Я шла с высоко поднятой головой, чувствуя, как чулки трутся о кожу, как платье облегает тело, как каблуки отбивают ритм победы.

В офисе я вошла в холл, и охранник на ресепшене подавился кофе. Я мило улыбнулась ему и прошла к лифту. В лифте стояли двое мужчин из IT-отдела. Они оба повернулись ко мне и уставились, забыв о своих телефонах. Я услышала шепот:

— Это та кадровичка?

— Да, которая всегда в балахоне ходила...

— Ничего себе...

Я улыбнулась своим мыслям. Они смотрели на меня так, как смотрят на женщину. Не как на коллегу, не как на серую мышь. Как на женщину.

В кабинете я застала Иру. Она сидела за столом и что-то печатала, но, увидев меня, вскочила и раскрыла рот.

— Лена! — выдохнула она. — Ты... ты просто... боже! Ты — королева! Я же говорила! Это платье — магия! Ты выглядишь как модель!

— Спасибо, — я улыбнулась. — Всё благодаря тебе. Ты — мой стилист и психотерапевт в одном лице.

— Слушай, — она подошла ближе и понизила голос. — Оливия скоро будет. Что-то с Ибрагимовой случилось — я не поняла… Мальчики сказали, что она к нам идет. Готовься к бою.

— Я готова, — ответила я.

Через час дверь открылась, и вошла Оливия. Она была безупречна, как всегда: серый костюм, идеальная укладка, белые туфли-лодочки. Она держала планшет и смотрела в него, но, подняв глаза, замерла.

Я видела, как меняется её лицо. Сначала удивление. Потом раздражение. Потом — гнев. Она сжала планшет так, что побелели костяшки.

— Лена, — сказала она ледяным тоном. — Вы снова в этом платье?

— Да, — ответила я, глядя ей прямо в глаза. — Я решила, что оно мне идёт. И я хочу носить его.