Книга Жена вместо сестры для Отморозка, страница 52 – Евгений Ключников

Ася отвернулась к окну, чтобы он не увидел лица.

— Спасибо, — сказала она. — Теперь хотя бы понятно, что романтическая часть отменяется окончательно.

— Вы ждали романтическую часть?

— Нет. Но иногда приятно знать, что потеря незначительна.

Он молчал так долго, что она успела пожалеть о собственной фразе. Потом сказал:

— Если вам от этого легче, сейчас вы уже не только пункт.

— Как трогательно. Повысили до раздела?

— До риска.

Она снова посмотрела на него.

— Это комплимент?

— Нет.

— Вы вообще умеете говорить комплименты?

— Умею.

— Не верю.

— И правильно.

Ася вдруг почувствовала, как уголки губ сами дернулись вверх. Это было неправильно. Совершенно неправильно. Она ехала в дом мужчины, которого боялась, после свадьбы, которой не хотела, от семьи, которая ее предала, к будущему, где каждая дверь могла оказаться запертой не с той стороны. В таких обстоятельствах не улыбаются из-за сухой перепалки с мужем, купленным по старому соглашению. Но тело, измотанное страхом, унижением и бессонницей, почему-то ухватилось за эту колкую, почти черную нормальность. Дамир не успокаивал. Не обещал безопасности. Не делал вид, что все будет хорошо. Зато рядом с ним не нужно было врать о том, что все уже плохо.

Машина свернула с основной трассы. Асфальт стал хуже, вдоль дороги потянулся лес. Сначала редкий, пригородный, с дачными заборами, указателями к коттеджным поселкам, обледеневшими рекламными щитами. Потом — плотнее. Сосны встали ближе к обочине, как молчаливые свидетели, которым безразлично, кого везут мимо: счастливую жену, заложницу, наследницу чужой тайны или все сразу. Снег лежал на ветках тяжелыми белыми лапами. Небо было низким, серым, почти неподвижным. Город окончательно отступил, и вместе с ним исчезла иллюзия, что можно выйти из машины на светофоре, затеряться среди людей, войти в метро, снять кольцо, назвать себя другой фамилией и начать заново.

— Далеко еще? — спросила Ася.

— Десять минут.

— Связь уже плохая?

— Почти.

Она посмотрела на экран телефона. Две полоски. Потом одна. Потом снова две, будто связь колебалась вместе с ней.

— Очень удобно для человека с дурной репутацией.

— Что именно?

— Дом в лесу, плохая связь, холодные полы, закрытые двери. Вы собирали декорации по списку Миланиных кошмаров?

Дамир чуть повернул голову.

— Милана много рассказывала?

— Достаточно.

— И что именно?

Ася на секунду задумалась, стоит ли отвечать. Милана говорила многое: что он опасен, что он презирает слабость, что женщины исчезали из его жизни так быстро, будто их стирали, что в доме с ним ночью лучше не оставаться. Повторить это вслух означало признать, что слухи проросли в нее глубже, чем хотелось бы. Но скрывать страх от человека, который явно умеет его видеть, тоже было бессмысленно.

— Что вы не просто грубый, — сказала она наконец. — Что вы опасны с женщинами.

В салоне стало очень тихо. Даже машина, казалось, поехала мягче, будто дорога под колесами выровнялась от напряжения.

Дамир не ответил сразу. Ася пожалела, что сказала. Потом разозлилась на себя за сожаление. Она не обязана беречь его чувства, если ее саму отправили к нему почти без права на вопрос. Пусть отвечает. Пусть злится. Пусть хоть что-то станет ясным.

— Опасен, — сказал он наконец. — Да.

У нее внутри что-то холодно опустилось вниз.