Книга Такая разная любовь, страница 227 – Рацлава Зарецкая

— Я ее нашел. Мы через пару домов от клуба. Идите по аллее и сверните направо, в переулок. Нет, не заблудитесь, там Лиля стоит.

Даньке позвонил, не иначе. Сейчас прибежит сюда с Машкой. Стоп! Лиля? А она что тут забыла?

Данька с Машкой прибежали быстро. Замялись, правда, шагах в десяти от нас — разговаривали о чем-то с рыжей ведьмой. Потом пришли и с ужасом уставились на лежащих на земле Стаса и Сашу.

— Этот хоть жив? — спросил Дракон, глядя на Стаса.

Макс кивнул.

— Лису заберите.

Машка оторвалась от созерцания побитых парней и подлетела ко мне.

— Цела? В больницу надо?

Я помотала головой и заверила подругу, что все со мной в порядке. Сознание уже полностью прояснилось, так что трезво оценивать ситуацию я могла. Со мной действительно было все в порядке. Только испугалась я сильно. Очень сильно.

Машка помогла мне подняться и повела к выходу из переулка. Данька пошел следом, а Макс так и остался стоять на месте.

— Ты не идешь? — удивилась я.

— Полицию дождусь, — ответил Макс. — Присмотрю, чтоб этот гад не сбежал.

Возможно, я слишком ослабла от страха, поэтому не смогла заметить ничего подозрительного в голосе и в выражении лица Макса. Была бы я в полном порядке, я бы почувствовала, что что-то не так. Тут даже Машка скептически посмотрела на Макса, и Данька замялся, не зная, идти ли ему с нами или остаться. Одна я ничего не поняла. Сказала Максу, чтобы он скорее возвращался и, повернувшись к Машке, заканючила, что хочу скорее домой, попить чая и лечь спать.

* * *

Когда Лиса ушла танцевать с каким-то смазливым типом, Макс чуть не взвыл от ревности. А еще от своей трусости, которая так никуда и не делась. Ему бы подойти к ней, отобрать у этого парня и прижать к себе, но он не мог. Сидел за столом, сжимал руки в кулаки и просто смотрел.

Данил проследил за взглядом Макса, хмыкнул и сказал:

— Хватит тебе уже мучиться.

— Не могу. Она — часть меня. Не будет ее, не будет меня.

Данил промолчал и перевел взгляд в сторону бара, где сидела Машка и с умилением смотрела на Лису.

— И все же я трус, — вздохнув, произнес Макс.

Почему-то перед Данькой он никогда не стеснялся открывать свою душу. Даже с Денисом он так не откровенничал, как с Драконом.

— Почему? — спросил Данил, не сводя глаз с Машки.

— Потому что не могу подойти к ней и сказать, что чувствую. Не могу забрать ее у другого. Ничего не могу.

— Это не трусость, чувак. Это страх. Страх, что ты потеряешь ее, если будешь вести себя иначе.

— А разве страх — это не признак трусости? — поинтересовался Воронов.

Данька помотал головой:

— Неа. Все люди чего-то да боятся. Могут даже не знать, что боятся, но все равно боятся. Страх не делает нас трусами. Он помогает нам осознать, что те или иные действия могут причинить вред. Страх — это беспокойство, осторожность, внимательность. В какой-то мере даже забота, но никак не трусость. Ты любишь Ваську, и не идешь на большее лишь потому, что этого не хочет она.

Все эти слова Данил произнес серьезно, с видом человека, хлебнувшего в жизни немало горя. Произнес, а потом шмыгнул носом и невозмутимо почесал пятую точку.

Макс усмехнулся. В этом был весь Данил Огнев — одновременно серьезный и дурашливый парень. Возможно, именно поэтому Максу было с ним так легко.

Некоторое время спустя, осушив три стакана пива, Данька встал и целенаправленно двинулся к Машке. Максим с любопытством приготовился наблюдать за ними, однако его внимание тут же было отвлечено.