Книга Внезапно женаты: сделаем это по-взрослому, страница 65 – Ната Хари

— Фу-ух, круто! — ржёт этот идиот. — Как в детстве! Вот чего мне не хватало! Братского мордобоя! Лучше всякой конины французской!

— Ты с темы-то не съезжай, гений грёбаный, — рычу, но тоже как-то устало.

— Ну, судя по реакции, ты вообще не в теме, да? Артурчик наш, тихушник, адвокатскую тайну блюсти будет до гробовой доски!

— Не томи, а то повторю!

— Да я сам не всё знаю. Ольга вгрызлась в мои проекты, как бульдожка, я даже ничего вывести толком не успел. Под ударом всё, включая завод: он же через куплю-продажу был оформлен. Все, что, как говорится, нажито непосильным трудом... Пока эта красавица ногти красила, на светские тусовки каталась и на Мальдивах загорала, я херачил, как папа Карло, света белого не видел. На бабушку фултайм, ещё четыре доли в хороших предприятиях, учился, инвестировать начал, недвижка, ценные бумаги, вот это вот всё... И вынь да положь ей на блюдечке! А у неё, ты сам знаешь, какой подход ко всему: выдоит и высушит, до копейки. Не договоришься с ней. Месяцами только и делали, что грызлись, юристов гоняли туда-сюда. Ну, Артур и говорит: есть мол, у меня ещё козырь в рукаве, я попробую договориться сам. И, не поверишь, договорился! С меня — только съездить сделку какую-то зафиксировать, документы подписать. Приезжаю сегодня, куда сказали — в банк на Центральной. А там, кто бы вы думали? Наша царица Морей. Отписала весь бабулин блескучий обвес, даже глазом не моргнула. Себе оставила только гонорар для старикана, от своей доли отказалась, уперлась рогом, мол, память дороже. И представляешь, готова была так и уйти с этими бусами из поделочных камней, что на свадьбе вашей носила. Мы уже и так, и эдак, Маша, не будь дурой, бери то, что денег стоит! А она — нет и всё. Даже Ольга психанула, впихнула ей и бриллиант, и этот ошейник тяжеленный, мол, иди отсюда, неразумное создание...

Два с половиной года спустя.

Сегодня у моего Консерватора юбилей. Пятьдесят лет. С самого утра стебу его немилосердно: мол, не спала я ещё никогда со стариканом, разменявшим шестой десяток. Он тоже не лыком шит: отвечает, что как всегда всё предусмотрел, и специально заранее женился на молодухе. И что готов стараться ещё сильнее, чтобы я продолжала быть его постельной грелкой.

Как мы живём? По-разному.

Миша сжёг свои тетрадки на следующий же день после того случая с потопом. Сказал, что воду и трубы наша семья прошла, надо закрепить огнём. Поехали за город и по листочку скормили чугунному мангалу в бабушкином саду все-все-все его предыдущие истории «вечной» любви. Много разговаривали. Я плакала. И очень боялась. Но, не смотря это, до сих пор не пожалела, что рискнула тогда снова поверить ему и вернуться.

Вместе ходим в бассейн по утрам. В смысле вообще все вместе. Так и живём впятером. Лёха, едва став совершеннолетним, помахал Италии ручкой и вернулся на Родину, заново поступив здесь в универ. Сказал матери и отчиму, что мы без него слишком дурные, надо приглядывать. Ему и Игорю уже за двадцать, Ирка тоже совсем взрослая, а птенчики все ещё в гнезде. Правда, периодически эти невинные заиньки уматывают в Лёшкин дом и устраивают там грандиозные молодёжные попойки. Нервничаю, конечно, мало ли что. Но зато, как говорится, «где лучшие тусовки? У нас в клубе». Даже как-то гордо.