Книга В разводе. Тост за бывшего!, страница 113 – Анна Томченко

— А я сразу понял, что это она. Мне Лерка рассказывала. Она её нашла в соцсетях, фотки скидывала. Думаю: дай посмотрю вблизи из-за кого же ты продолбал брак с мамкой…

Я насупился.

— Если ты сейчас хочешь мне сказать...

— Да, да, примерно это и хочу сказать. Интересно, когда будут стоять два Градских рядом друг с другом: один молодой, борзый и дерзкий, а другой состоятельный, статусный, но старый. Кого твоя тёлка выберет?

— Уф, — я махнул рукой на сына. — А то мне как будто бы жалко. Забирай. Просто это как-то грязноватенько, что ли, выглядит.

Марк расхохотался. А когда мы оказались у меня в кабинете, произошло то, чего я очень долго ждал. Мы стояли друг напротив друга. Он почти копия меня. И копия Майи.

— Я скучал, малыш.

Я распахнул руки, и сын шагнул ко мне, обхватил меня, похлопал ладонью по спине.

— Я тоже, батя. Но за то, что ты с мамкой сделал, я готов стать отцеубийцей.

Я прикрыл глаза, вдыхая полной грудью, прижимаясь к сыну. Твою мать. Кто бы что бы не говорил о том, что дети имеют свойство взрослеть, это ни капельки, никак не влияет на то, что меньше любить мы их не сможем в зависимости от возраста.

— Да сам уж знаю, что дерьмово всё вышло.

Я упал в кресло и потёр переносицу.

— Ты каким макаром в России?

— Ну как это «каким»? У меня вообще-то каникулы.

— У вас нет каникул, не заговаривай мне зубы, жук ты мой.

Марк пожал плечами. Я быстро написал секретарю, чтобы оформил обед.

— Ты дома-то хоть был?

— Нет, я сразу к тебе поехал.

— Чего это?

— Ну, поначалу я ехал с такими мыслями о том, что доберусь до тебя, морду набью за мамку. Потом приехал и подумал о том, что покошмарить тебя с твоей девкой будет веселее.

Я покачал головой.

— Да на самом деле просто не знаю, где мать, и не хотелось бы, чтобы приехал и ждал её у двери.

— У тебя ж ключи есть от квартиры.

— Ну, ты сравнил. Ключи от квартиры — это как-то не по-божески. А так приеду вечером с букетами. Обниму их с Леркой.

— О, там Акулина Арнольдовна, — медленно произнёс я, злорадно оскаливаясь.

Марк рассмеялся.

— А бабуле-то чего дома не сидится? Куда она без своего рояля?

— Зато она со своим аперолем, зая, — глубокомысленно произнёс я, и Марк рассмеялся.

Принесли закуски. Такой небольшой, быстрый стол. Салатики, чаечек. Марк уминал всё со скоростью света. Я цедил чай, спрашивая про учёбу, спрашивая про всё в принципе.

— Да, блин, пап, я скучаю. Я очень сильно скучаю, — в конце обеда признался Марк и потёр лоб. — Плюс это разница менталитетов. Я не думал, что мне будет так сложно. Ещё, знаешь, женщины... Блин, в России очень красивые женщины. Безумно красивые. Настолько, что никто другой в принципе не стоит в сравнении. У нас масса колоритных внешностей, у нас менталитет абсолютно другой. Девочки любят, чтобы за ними ухаживали, как за девочками. За рубежом всё-таки нельзя не так посмотреть, там нельзя не то сказать. Ну и сам понимаешь, я воспитанный тобой. Ну а ты всё-таки, несмотря на то, что настоящее чудовище, но тем не менее чудовище достаточно справедливое и заложившее во мне много всего мужского, должен понимать, что для меня, когда женщина платит за себя в ресторане, это не то что плевок в душу — это оскорбление, которое смывается только кровью. А за границей так всегда — поделить счёт, и всё в этом духе. Я вообще считаю, что когда мужик с женщиной делит счёт, это не мужик, а подружка.