Книга Сердце проклятого принца, страница 42 – Кристин Бах

К полудню протекающий край был перекрыт. Мы заменили три плашки, промазали щели смесью смолы с толчёным мелом и укрепили желоб. Я подавала инструменты, Рейнар забивал гвозди. Иногда наши руки сталкивались. Каждый раз он вёл себя так, словно ничего не произошло, и это раздражало почти так же сильно, как если бы он нарочно меня дразнил.

Вчерашняя поездка в Уиткомб тоже не выходила из головы. Я вспоминала, как Рейнар ответил Седрику, как встал рядом, не спрашивая, заслуживаю ли защиты, и как потом спокойно признал моё право решать за себя. Для человека, привыкшего приказывать, это было не мелочью.

Смотреть следовало на поступки, а не на плечи. Сегодня поступки находились прямо передо мной. Плечи, к счастью для моего спокойствия, скрывала рубашка. Когда мы спустились, Рейнар проверил края крыши и остался доволен.

— До зимы выдержит, — сказал он. — Весной придётся менять весь северный скат.

— К весне я накоплю денег.

— Или позволите кому-нибудь заплатить.

— Мы уже обсуждали золото.

— Я не сказал, что это буду я.

— А кто?

— Богатый благодарный больной, которого вы однажды спасёте.

— Он уже приходил. Оказался упрямым, скрытным и совершенно непригодным для мирной жизни.

Рейнар поставил лестницу под навес. В уголках его глаз появились тонкие складки.

— Но крышу починил.

— Поэтому и жив до сих пор.

Мы вместе перенесли инструменты в сарай. Там он заметил мой старый охотничий лук. Тетива рассохлась, одно плечо было исцарапано, но для мелкой дичи оружие ещё годилось.

— Вы умеете стрелять? — спросил Рейнар.

— Маменька научила. Зимой зайцы не приходят сами и не просят приготовить их на ужин.

Он снял лук с крюка, проверил изгиб и осторожно натянул тетиву.

— Её надо заменить.

— Знаю. Всё собиралась купить новую.

— У охотника в лесу найдётся запасная.

— У хорошего охотника. Вы, по мнению Финна, пока только выздоравливающий.

— Я постараюсь заслужить повышение.

Рейнар сказал, что проверит силки у ручья и попробует добыть кролика. Я не стала возражать. Дом нуждался в мясе, он — в возможности уйти дальше ограды без моего надзора. Кроме того, после нескольких дней под одной крышей нам обоим не помешало бы провести хотя бы час порознь.

Так я рассуждала, пока собирала ему хлеб, сыр и два яблока.

— Я вернусь до заката, — пообещал Рейнар, привязывая к поясу нож господина Мура.

— Лучше раньше. К вечеру обещали дождь.

Он посмотрел на чистое небо.

— Кто обещал?

— Муравьи закрыли нижние входы в муравейник, ласточки летают низко, а левое колено госпожи Элмер болит со вчерашнего дня.

— Последний признак самый убедительный.

— Не смейтесь. Её колено ошибается реже королевского звездочёта.

— Тогда вернусь раньше.

Он взял свёрток, но не сразу отошёл. Несколько мгновений мы стояли у калитки, не находя причины продолжить разговор. Рыжка нетерпеливо крутилась возле его сапог: Рейнар брал её с собой, потому что после ночных следов не хотел оставлять без защиты ни меня, ни дом. Я настояла, что собака полезнее охотнику. Он спорил недолго, однако заставил запереть ставни со стороны леса.

— Никому не открывайте, пока не увидите, кто пришёл, — повторил он.

— Я жила здесь десять лет до вашего появления.

— И всё это время вам удивительно везло.

— Возможно, опасности начались именно после вашего появления.