Книга Непристойное положение, страница 16 – Вэл Килмер

Вид у нее был смиренный, но ему мерещился подвох. Как будто она напустила на себя вид удобной воспитанницы. Постоянная необходимость «быть начеку» порядком достала.

Изабелла была в двух шагах от него — за шёлковой ширмой с вышитыми павлинами, и он слышал, как шуршат её юбки, когда она раздевается.

Он закрыл глаза и тут же проклял себя за это, потому что в темноте под веками его воображение дорисовало то, что скрывала ширма. Её плечи. Линия спины, которую он однажды мельком видел, когда она наклонилась подобрать упавший веер. Изгиб талии, который он чувствовал под ладонью во время танца.

— Ваш кофе, месье.

Оливер открыл глаза. В дверях стояла служанка с подносом.

— Сколько времени займут все эти примерки? — Он взял чашку и сделал глоток.

— Немало, месье.

За ширмой всё шелестела ткань, мадам Дюбую командовала:

— Поднимите руки, мадемуазель… Нет, левую выше… Дышите — сейчас будет туго… Вот так. Ах, какая тонкая талия! Вы счастливица.

Оливер поставил чашку на столик и уставился в окно. На улице Сент-Джеймс катились экипажи, кричали разносчики газет, дамы в ярких платьях входили в лавки и выходили из них. Жизнь кипела, и только у него внутри было мертвецки холодно.

Ширма раздвинулась.

— Месье! — голос мадам Дюбуа звучал довольно. — Вы только посмотрите!

Оливер медленно повернул голову.

Изабелла вышла на середину комнаты. На ней было платье из бледно-голубого шёлка. Серебряная вышивка вилась по подолу, поблёскивая при свете.

Перед ним стояла настоящая леди. Но он смотрел не на ткань. Взгляд сам собой скользнул по шее к ключицам, острым и тонким. У самого плеча виднелась маленькая родинка — тёмная точка на светлой коже, которую ему хотелось коснуться губами.

Да только целовать там будет другой.

В груди поднялась глухая ревность…

* * *

— Это «роб, а ля франсез», месье, — затараторила мадам Дюбуа, поправляя складки и ленты. — Фасон из Парижа, в этом году вошёл в моду. Складки на спине идут от плеч, дают объём. Юбки на панье, из китового уса, так что мадемуазель не устанет.

Изабелла стояла неподвижно под его взглядом, как приколоченная к месту. Под тонкой тканью часто вздымалась и опадала её грудь. Она волновалась.

— Для венчания добавим фламандского кружева. Оно лучше ложится на шёлк. Для выездов я подготовлю ещё три платья: для утренних визитов, для обедов и для балов, с более открытым декольте.

— Обойдемся без него, — буркнул Оливер.

Мадам Дюбуа мельком глянула на него.

— Как скажете, месье.

— Хорошо, — ответил он сухо. — Дальше.

Но тут помощница мадам вошла и шепнула что-то хозяйке на ухо. Та всплеснула руками, запричитала о «капризах герцогини», и, рассыпавшись в извинениях, выскочила из комнаты.

Изабелла стояла у трюмо, разглядывая себя. В отражении её взгляд встретился с его глазами. Она не отвела взгляд, лишь чуть повела плечом, отчего голубой шёлк призывно зашуршал. Пытка продолжалась.

Но ведь же сам себя на неё обрёк.

— Здесь лента на спине перекрутилась, — сказала она. — Я не достану. Поправьте, пожалуйста.

Он замер в кресле: ведь придется прикоснуться к ней. И пока он думал, она повернулась, вскинув брови в удивлении.

— Не поможете?

Оливер нехотя поднялся и подошёл к ней со спины.

— Покажите как надо, — попросил он глухо. Волнение все подымалось в нем, во рту вконец пересохло.