Книга Мой безжалостный куратор. Академия Крайгис, страница 28 – Алиса Князева

Его взгляд на секунду задерживается на мне. Я поднимаю голову, не желая проигрывать хотя бы в этом вызове. Мы не разрываем контакта, пока пламя не дожирает наши вещи.

— Завтра в пять утра построение, — бросает Алрой, отворачиваясь первым. — Опаздывать не рекомендую, сильно пожалеете

И уходит, оставляя нас над пепелищем.

Глава 15

Я плохо помню, как заселялась.

Кажется, меня вели куда-то по длинному коридору. Кто-то говорил о номерах, расписании, о том, где брать еду. Я кивала… наверное. Потом дверь. Кровать. Жёсткая, узкая, пахло чем-то чистящим.

И тишина.

Я отключилась ещё до того, как голова коснулась подушки. Провалилась в чёрную, глухую пустоту без снов, мыслей и боли.

А потом — БАМ.

Я подскакиваю на кровати, сердце колотится где-то в горле.

БАМ. БАМ. БАМ.

Часы на башне. Те, что вчера отсчитывали нашу судьбу. Сейчас они врываются в мою комнату, в голову, разрывая остатки сна в клочья. Кажется, что проклятый механизм висит прямо над моей кроватью.

Я зажимаю уши ладонями, но звук всё равно проникает сквозь кости, отдаётся в каждой клетке.

Тишина. Звенящая, гулкая, почти такая же невыносимая, как бой.

Я отрываю себя от подушки. Всё тело — одна сплошная боль. Мышцы, о которых я даже не подозревала, кричат от каждого движения. Шея затекла, спина будто переломана, ноги... их я вообще стараюсь не чувствовать. Каждое движение даётся с усилием, как будто я тащу своё тело со дна глубокого колодца.

Оглядываюсь.

Комната крошечная. Кровать, тумбочка, узкий шкаф. Стены серые, без единого украшения. Окно выходит куда-то во внутренний двор, но света почти нет — утро только начинается.

Отдельная комната. Странно. Я думала, нас запихнут в общие казармы, как селёдок в бочку. Но потом вспоминаю: маги быстрее восстанавливаются, если в поле их окружения нет «раздражителей», других магов. Им нужна тишина, чтобы перезаряжать свои внутренние резервы.

У меня нет магии, но я всё равно благодарна за эту клетушку. Хотя бы на несколько часов в день я могу побыть одна.

Правда, есть и минусы. Раз комната отдельная, значит, удобства — общие. И если я хочу успеть привести себя в порядок до построения, мне нужно бежать в уборную прямо сейчас.

На тумбочке лежит большой свёрток, выдали вчера вечером. Я даже не разворачивала его — просто упала лицом в подушку и отключилась. Сейчас лихорадочно рву бумагу.

Внутри — два комплекта формы. Ткань грубая, практичная, серого цвета. Бельё. Нижняя рубашка... странного кроя. Я верчу её в руках и понимаю: мужская. Широкие плечи, прямой покрой. Ботинки на толстой подошве, с длинными шнурками. И набор для умывания с двумя полотенцами — большим и маленьким.

Я смотрю на большое полотенце. Мечта о душе вспыхивает и гаснет. Если пойду мыться, точно опоздаю. Придётся ограничиться умыванием.

Хватаю маленькое полотенце, зубную щётку, мыло — и вылетаю в коридор.

Душевая находится в конце казармы. Я влетаю туда и замираю.

Люди. Много людей. Полуголые, мокрые, сонные. Парни и девушки толпятся у длинных рядов раковин. Воздух влажный, горячий, пахнет мылом и чужими телами.

И самое страшное: душевая общая.

Никаких перегородок. Только скамейки, краны и текущая вода. Парни и девушки моются рядом, в нескольких метрах друг от друга. Единственная уступка приличиям — они не снимают нижнего белья. Но это почти не помогает. Я вижу мокрые спины, влажные волосы, прилипшие к коже ткани. Кто-то смеётся, другие хмуро трут себя мочалкой.