Книга Книга для тебя, страница 2 – Ника Волшебница

«Стать каплей — и больше не страдать,» — мысль была пафосно-нелепой.

В тот же миг тёплый майский ветер, ворвавшись в распахнутое окно, пробежал по телу, заставив кожу покрыться мурашками.

Закрыв глаза, я втянула сладкий аромат, чудом долетевший до моей квартиры:

— Ну, нет, — я заговорила сама с собой. — Чёрт его знает, вдруг за пределами этой жизни нет ни мая, ни черёмухи? Буду я ещё лишать себя этой радости!

От этого осознания какая-то шальная игривость проснулась внутри. Я бросила взгляд на старые настенные часы — почти полночь — и уверенно вытащила из покрывшегося пылью пакета случайную книгу. «В поисках личного счастья».

— Отличный выбор! — счастье — то, чего мне отчаянно не хватало. Как будто вместо него вся я была наполнена тоской оттого, что живу не свою жизнь.

Натянув любимую застиранную пижаму в сердечках и накрутив на голову полотенце, я нырнула под простыню и принялась за чтение. Однако строки практически сразу начали прыгать и расплываться — и я провалилась в сон.

* * *

— Спасите! — отчаянный крик ударил по барабанным перепонкам.

Я подскочила на кровати, уронив книгу на пол.

— Помогите! Пожалуйста, кто-нибудь! — сердце со сна глухо заколотилось о грудину, а дыхание спёрло где-то в горле.

Почти звериным рывком я подскочила к окну. В блеклом свете уличных фонарей на детской площадке по длинным рыжеватым волосам угадывался силуэт девушки — видимо, той, что кричала — и два тёмных пятна в метре от неё.

— Отошли! — из моей груди вырвался нечеловеческий крик, от которого я сама вздрогнула.

Нырнув в первую попавшуюся обувь, я ринулась вниз, перепрыгивая по несколько ступеней сразу. Каким-то звериным чутьём я всем нутром чувствовала, что остались считанные секунды, чтобы спасти чью-то жизнь.

Дверь подъезда отлетела, глухо ударившись о стену — даже тугая пружина не удержала её.

— Пошли вон! Вон от неё! — я почти летела в сторону трёх силуэтов, ничего не ощущая от ярости и бьющегося в висках адреналина.

«Надо было взять хоть перцовый баллончик из сумки, — разумные мысли, как всегда, приходят слишком поздно. — Ай, плевать!» — я побежала на хулиганов с пустыми руками в своей пижаме в сердечко и в кедах на босу ногу.

— Дьявол, катитесь отсюда! — расстояние между нами сокращалось, и я уже видела белки их глаз.

Боковым зрением я заметила, что девушка стояла, прижавшись к стойке качели, словно та могла помочь, но моё внимание было приковано к тем двоим.

Один — толстый, в необъятного размера худи — бросил на меня взгляд и попытался скривить губы в усмешке, но, уткнувшись в мои глаза, вдруг качнулся и сделал шаг назад, словно его что-то оттолкнуло. Его спутник — мелкий и тощий, державший в руке что-то блестящее, — тоже попятился, отступив за спину большого.

— Ещё раз! Вы посмеете! Кого-то! Обидеть!.. — я услышала свой пугающе громогласный голос словно со стороны, и от этого стало не по себе. Но сжав кулаки и стиснув зубы я приблизилась к хулиганам, и они вдруг, не сговариваясь, развернулись и ринулись в темноту.

— Ну, ты как? — я проследила за тем, как, нелепо вихляя, эти двое стремительно удаляются, и подошла к девушке.

Даже в свете фонаря была видна её бледность. Костяшки пальцев, сжимавших телефон, побелели от напряжения.

Вцепившись свободной рукой в цепь, на которой висела качеля, она сделала неуверенный шаг и, рухнув на неё, разрыдалась.