Книга Магический магазин Элери, страница 51 – Ника Волшебница

Несколько минут спустя все четверо сидели в местной тюрьме, расположенной у центральной площади: неудивительно, что полицейские очутились там так быстро.

— Это самое злостное нарушение, какое только может быть в нашем городе! — полицейский ходил вдоль решётки, сложив руки на груди, — вам грозит заключение на десять лет, не меньше!

Девочка расплакалась ещё сильнее:

— Как же мои родители без меня! Я всех подвела! Всех-всех-всех подвела! — её голос, заполонявший пространство, перешёл в писк.

Элери хотела утешить малышку, но не находила ни единого слова. И лишь сидела, склонив голову, терзаемая чувством вины и страхом: что будет, если они не найдут выход до утра?

— Однако ж я слишком долго говорю, — зевнул полицейский, не обращая внимания на слёзы ребёнка, — утром будет суд, где вам вынесут приговор, — он зевнул второй раз и отправился в кабинет, расположенный напротив. Сквозь приоткрытую дверь было видно, как мужчина погрузился в глубокое кресло и, закинув ноги на стол, почти сразу захрапел.

— Что будем делать? — не стал терять времени Брик.

Элери с Мелиссой синхронно пожали плечами.

Девочка продолжала всхлипывать, спрятав лицо в ладонях.

— Думаю, надо для начала её успокоить, — шепнула Мелисса, и открыла шкатулку.

По тюрьме поплыла мягкая тихая музыка, от которой на душе мгновенно становилось хорошо. Малышка перестала всхлипывать и подняла покрасневшие глаза.

Элери протянула магическую пыльцу:

— Съешь, станет легче. Не бойся.

Помявшись, девочка взяла крупинку и отправила в рот. Через несколько секунд складка между её бровками разгладилась.

Она молча кивнула в знак благодарности.

— Послушай, а как так получилось, что у всех нас и у полицейских обычные голоса — а звуки, которые издаёшь ты, такие громкие?

Девочка не произнесла ни слова, но скривилась, готовая вновь разреветься.

— Не плачь, не плачь! — торопливо погладила её по спине Элери, — всё будет хорошо! Мы сюда прилетели из другого мира специально, чтобы спасти тебя.

— Правда? — малышка не удержалась, и раскатистый грохот её шёпота пронёсся по тюрьме.

Все замерли, прислушиваясь: полицейский громко всхрапнул и зачмокал.

— Правда-правда, — Элери старалась говорить мягко, судорожно соображая, — и мы обязательно что-нибудь придумаем.

— Я уже кое-что придумал! — воскликнул Брик и, раскрыв свой ящичек, начал возиться в углу.

Наконец, с полчаса спустя, он протянул девочке металлическое кольцо диаметром сантиметров пять. Она с недоумением посмотрела на гнома.

— Это приглушитель голоса, — пояснил Брик, — попробуй поднести его ко рту и что-нибудь сказать.

Девочка с сомнением поднесла кольцо ко рту и, помедлив, шёпотом произнесла:

— Я.

К её изумлению, голос прозвучал обыкновенно.

— Ух ты! — воскликнула она. И даже это прозвучало тихо.

Глаза девочки наполнились слезами, на сей раз от счастья:

— Я уже много лет почти не разговариваю из-за того, что мой голос всем мешает.

— Как же это вышло? — Элери посмотрела на девочку с сочувствием и вновь задала этот вопрос.

Та задумалась.

— Кажется, мне было года три, когда это началось. Сначала мой голос был самым обычным. Но я очень любила разговаривать и петь. И родители с бабушкой постоянно шикали на меня. Говорили, что я слишком шумная и очень им мешаю, — голос девочки почти сразу стал хриплым, видимо, после долгого молчания. Она кашлянула и продолжила: