Книга Волны судьбы и таинственная академия, страница 18 – Мария Сухова

— Эй, полегче! — рассмеялся парень, всё ещё не отпуская её — скорее инстинктивно, чем намеренно. Его смех был низким и вибрирующим, отдаваясь у неё в груди. — Ты что, не узнаёшь меня? Это же я, Макс.

— Да хоть барс! — огрызнулась Ксюша. Она сделала ещё одну яростную попытку оттолкнуться, но её нога в тяжёлом ботинке соскользнула с его кроссовка, и она с разочарованным «Ай!» снова плюхнулась обратно прямо на него.

— Аня, ты чего? — начал было Макс, но осёкся, увидев её пылающий гневом взгляд.

— Я не Аня! — прорычала Ксюша, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Её серые глаза метали молнии. — И если вы сейчас же не отпустите меня, то познакомитесь с моим кулаком! И поверьте, это будет очень болезненное знакомство!

Парень наконец-то сообразил, что происходит что-то неладное, и убрал руки. Ксюша резко вскочила на ноги, словно отпущенная пружина. Она лихорадочно отряхнула свою помятую одежду и поправила сбившийся воротник блузки. Бросив короткий взгляд на свой рюкзак — тот мирно лежал в паре метров, целый и невредимый, будто решил: «Ну уж нет, я в этом цирке участвовать не стану», — она гордо вздёрнула подбородок.

В этот самый момент из приоткрытой двери аудитории № 203 выбежала Аня. Её глаза мгновенно наполнились слезами чистого, незамутнённого счастья.

— Ксюша! — выдохнула она.

Не раздумывая ни секунды, Аня бросилась к сестре и стиснула её в объятиях так крепко, что у Ксюши на мгновение перехватило дыхание.

— Ты почему не сказала, что тебя выписали? Я бы тебя встретила! Я бы пирожков напекла! Я так скучала!

— Хотела сделать сюрприз! — ответила Ксюша, на секунду растеряв всю свою воинственность. Она обняла сестру в ответ, и её лицо смягчилось. От былого раздражения не осталось и следа. — Меня классная руководительница привезла. По дороге мы заехали в кафе, я выпила капучино и съела целых три огромных круассана! Представляешь? Я думала, лопну!

Макс медленно поднялся на ноги, отряхнул джинсы от невидимой пыли и всё ещё пытался осмыслить происходящее. Он переводил взгляд с одной девушки на другую, и его брови медленно ползли вверх.

Теперь он видел их рядом. Обе были словно две капли воды — одинаково стройные, с изящными «ножками от ушей», что придавало их силуэтам особую лёгкость и грацию. Длинные каштановые волосы до талии переливались в свете ламп тёплым медным блеском.

Но детали… Детали были разными и кричали об их характерах громче любых слов. У Ани волосы были заплетены в толстую, аккуратную косу — символ порядка и сдержанности. Несколько тонких прядей-повстанцев мягко выбивались из причёски и обрамляли её нежное лицо с тонкими чертами. Ксюша же собрала свои локоны в высокий хвост на затылке с помощью яркой резинки — он покачивался при каждом её резком движении, а непослушные пряди то и дело выбивались из плена и падали на лоб, будто подчёркивая её импульсивную натуру.

Их лица поражали совершенной симметрией: большие серые глаза с густыми ресницами; милые аккуратные носики без единого изъяна; мягкие линии подбородка; и едва уловимые ямочки на щеках, которые появлялись лишь у одной из них.

У Ани ямочки появлялись, когда она улыбалась робко и застенчиво. У Ксюши они проявлялись лишь тогда, когда она смеялась во весь голос над удачной шуткой или собственной дерзостью.