Книга Волны судьбы и таинственная академия, страница 43 – Мария Сухова

— Да я по делу, нужна кое-какая информация.

— Говори, зачем пришёл, и проваливай.

Макс на секунду замялся, будто подбирал слова, чтобы не выдать весь свой план. Потом выдохнул и выпалил:

— Напиши мне, пожалуйста, какую ткань хочет Аня: название, цвет и сколько метров нужно. Я в этом совсем не разбираюсь. Опиши так, чтобы продавец сразу понял.

Ксюша недоверчиво прищурилась, словно пыталась разглядеть в нём подвох.

— А зачем тебе ткань? — спросила она, скрестив руки на груди.

— Хочу отблагодарить, — просто ответил Макс. — Мою курсовую приняли почти, осталось пару деталей доделать — и всё. Тем более мы идём вместе на бал. Не хочу, чтобы Аня комплексовала из‑за наряда. Она ведь так мечтает об этом платье…

Ксюша помолчала, разглядывая его. В глазах читалось сомнение: «А вдруг это какая-то хитрая шутка?» Но что-то в его голосе, в этой простой прямоте, заставило её смягчиться. Она шумно вздохнула, будто сдаваясь:

— Ладно, — буркнула она, вытирая руки о фартук. — Давай свой блокнот. Только потом сразу проваливай, понял?

Макс молча протянул ей блокнот с ручкой. Ксюша вздохнула, взяла их и быстро черкнула записку:

Для продавца в магазине тканей:

Нужна ткань для вечернего платья:

название: креп‑сатин; цвет: серебристый; метраж: 3 метра (с запасом на раскрой);важно: чтобы слегка блестела, но не кричаще, а благородно.

P.S. Если такого нет — пусть предложит что‑то похожее. Но без страз и пайеток!

— Всё, — она протянула блокнот Максу. — Теперь иди. И больше без фокусов! А то этим веником огрею! — Ксюша взяла в руки веник и помахала им перед носом парня.

Макс пробежал глазами записку, расплылся в довольной улыбке:

— Идеально! Ты гений описания. Спасибо, Ксюш.

Он шутливо отдал честь, перепрыгнул через осколок тарелки и быстро выскользнул из кухни.

Ксюша покачала головой, хихикнула и принялась подметать осколки, тихонько напевая:

— Берёза белая, стоит кудрявая… Берёза белая…

— …Руки дырявые! — раздался смешок со стороны двери.

Ксюша резко обернулась:

— Ты ещё не ушёл? Ах ты… чёрт!

Недолго думая, она пульнула веник в Макса. Тот ловко увернулся — веник вылетел в коридор с глухим стуком. Затем послышался смешок и тишина.

Ксюша вышла в коридор. Макса уже не было. Она подняла веник и хотела уже идти на кухню, как вышли Даша и Глаша:

— Ты чё это, расшумелась тут? На метле учишься летать? — и рассмеялись.

— Нет, учусь им убивать, — прорычала Ксюша.

Девушки сразу замолчали и быстро спрятались в свою комнату. Ксюша постояла пару секунд, потом фыркнула, покрутила веник, будто это был её верный меч, и вернулась на кухню — домывать оставшуюся посуду.

Не успела Ксюша вернуться в комнату, как завыла пожарная сигнализация — резко, надрывно, будто рвала тишину на куски. Звук ударил по ушам, заставил сердце подпрыгнуть и заколотиться где‑то у самого горла.

— Да что ты будешь делать! — пробурчала Ксюша, хватаясь за виски, будто хотела удержать голову, которая вдруг стала слишком тяжёлой. — Что за день‑то сегодня!

Аня побледнела от испуга, схватилась за руку сестры так крепко, что ногти впились в кожу, и прошептала, почти не разжимая губ:

— Пошли на улицу…

Сестры вышли первыми, за ними, хмурый и будто разом постаревший на десять лет, вышел их одногруппник Дима. Он машинально поправил лямку рюкзака, хотя тот остался в комнате — привычка цепляться за что‑то привычное, когда мир вдруг съезжает с рельсов.