Книга Волны судьбы и таинственная академия, страница 76 – Мария Сухова

— Волшебники, — тихо повторила Аня, и впервые за долгое время в её голосе не было боли. Только тихое удивление, почти благодарность.

Актовый зал наполнился шумом, смехом, перекличкой — тем самым живым шумом, который бывает только когда люди наконец перестают бояться быть собой.

Елена Владимировна стояла у стены и смотрела на свой класс. В её глазах блестели слёзы — но она не стеснялась их. Она просто улыбалась и думала о том, что этим ребятам ещё многое предстоит узнать. О себе, о мире, о тех тенях, что прячутся за стенами академии. Но сегодня — сегодня они заслужили радость. И она была рядом, чтобы разделить её с ними.

Все первокурсники собрались в просторном зале для занятий. Это был не обычный учебный класс, а особое помещение: стены здесь были выложены тёмно‑серым камнем, испещрённым светящимися руническими узорами, которые мягко пульсировали в такт дыханию зала. Пол покрывал толстый слой специального песка — он гасил лишние всплески силы и не давал магии бесконтрольно растекаться по академии. В центре стояли невысокие постаменты из чёрного мрамора — на них студенты должны были формировать свои чары.

Первокурсники стояли в кругу, сосредоточенно закрыв глаза и пытаясь сконцентрировать внутреннюю энергию. Атмосфера была напряжённой — каждый чувствовал важность момента, будто сейчас решалось, достоин ли он носить звание ученика магической академии. Кто‑то нервно сглатывал, кто‑то стискивал кулаки, а кто‑то, наоборот, старался дышать как можно тише, чтобы не спугнуть ту самую искру силы.

Преподаватель, высокий мужчина с седыми висками и внимательными серыми глазами, медленно обходил круг, наблюдая за стараниями студентов. Его мантия тихо шелестела, и этот звук странным образом успокаивал одних и заставлял ещё сильнее нервничать других.

Внезапно воздух наполнился мерцанием — у Валеры и Вали в руках появились красивые водные шары, переливающиеся всеми оттенками синего, от почти прозрачного до глубокого сапфирового. Шары плавно вращались, не теряя формы, и даже казалось, что внутри них танцуют крошечные серебристые искры. У Димы и Илюхи вспыхнули огненные шарики — они не обжигали, но излучали приятное тепло и пульсировали, как живые сердца. Рядом с ними такие же аккуратные огоньки появились у Даши и Глаши: их пламя было ровным, послушным, словно приручённым.

Ксюша, собрав всю волю в кулак, наконец смогла создать маленький водяной шарик. Но он оказался слишком неустойчивым — дрожал, как желе на трясущейся тарелке, и рассыпался на тысячи брызг, едва успев сформироваться. Брызги разлетелись во все стороны, словно маленькие водяные бомбочки, и окатили стоявших рядом студентов.

— Ой… простите! — вскрикнула Ксюша, отступая на шаг и вытирая мокрые руки о мантию. Её щёки пылали то ли от напряжения, то ли от стыда.

Рядом кто‑то фыркнул, кто‑то тихо хихикнул, и Ксюша тут же вскинула голову, сверкнув глазами:

— Ну да, очень смешно!

Преподаватель мягко поднял руку, призывая к тишине, и подошёл к Ксюше.

— Не торопись, — спокойно сказал он. — Вода не любит суеты. Она откликается на спокойствие и уверенность. Попробуй снова, но на этот раз не пытайся удержать её силой. Позволь ей быть.

Ксюша кивнула, стиснула зубы и снова сосредоточилась. На этот раз шар получился чуть крупнее, но стоило ей чуть‑чуть ослабить внимание, как он снова взорвался брызгами, окатив её саму с головы до ног.