Книга Вестница, страница 31 – Алекс Найт

Тартар, – ужаснулась Лилит. – Беги!

Мне было так плохо, что даже подняться удалось с трудом. Головокружение усилилось, завтрак поднялся к горлу. Подавив тошноту, я стёрла кровь из-под носа, прыгнула вперёд, заметив среди деревьев блеск воды, и выбралась к берегу достаточно полноводной реки. Слизерды зарычали от досады и ускорились, надеясь всё же схватить юркую еду. Ширина реки позволила бы спокойно скрыться от преследования, потому я вновь прыгнула вперёд. В обычном состоянии легко бы преодолела такое расстояние, а здесь тело и резерв меня подвели.

Ближе к середине реки ориентиры потерялись, броня исказилась, и я рухнула в воду. Звуки отдалились. Прохлада охватила тело, лёгкие сдавило. Я забарахталась, пытаясь выплыть на поверхность. В какой-то момент даже испугалась, что бесславно утону в реке Тартара. Но обошлось. Мне удалось вынырнуть и догрести до противоположного берега. Но это оказалось тем ещё испытанием для переживающего переход в другой мир тела. Перемещения через порталы вообще редко даются легко, вспомнить только, как меня корёжило при возвращении из Эдема на Землю. А воздух Тартара оказался ещё тяжелее. Но лишь для меня…

Энергия Криса вспыхнула внезапно. Он появился прямо передо мной, легко перескочив через реку, и резко развернулся ко мне лицом. Под носом его запеклась кровь, но он явно не впервые в Тартаре, потому пережил переход проще меня. Моя рука метнулась к оружию, но мне не хватило каких-то жалких пяти сантиметров, Крис оказался быстрее. Дуло его пистолета направилось в мой лоб. Исходящая от оружия энергия почти обожгла. Одно движение пальца, и он меня убьёт. Но шли секунду, сливаясь в долгие минуты, а ничего не происходило. Крис плотно сжал челюсть, сильнее перехватил рукоять пистолета, но всё не решался надавить на спусковой крючок. Вся беда состояла в том, что он позволил себе промедление на раздумья, и теперь не мог меня убить. Это был мой шанс.

— Ты ведь всё ещё любишь меня, – хрипло произнесла я, тяжело сглотнув, и опустила ладонь на рукоять пистолета.

Лилит беспокойно заметалась в глубине моего подсознания.

— Не знаю… Иногда кажется, что ненавижу больше, – сипло ответил Крис, и кадык на его шее нервно дёрнулся. – Нет, Натали, – рыкнул, заметив, как мои пальцы сжали рукоять оружия. – Остановись, – почти попросил.

Любовь и ненависть, прошлое и настоящее, тоска, боль, обиды – всё слилось в этом сложном мгновении до выстрела пистолета. Они кружили вокруг нас стеклянным торнадо, рвали сердца, впивались в плоть и уносились вглубь, оседая кровавым крошевом в самых тёмных недрах душ. Мы не отводили взглядов с застывшей в их глубине мольбой, пока медленно продвигались к решающему мгновению.

— Ты не выстрелишь, – прошептала я, глядя в глаза, которыми когда-то не могла налюбоваться. – Потому что ещё любишь…

— Не смей!

Пистолет отсоединился от брони. Не припомню, чтобы он был настолько тяжёлым. Дрожащий палец лёг на спусковой крючок.

Кажется, я услышала общий крик отчаяния: Лилит и Шакса. Он заглушил грохот выстрела.

Крис отвёл пистолет в последний момент. Он действительно не смог убить. Плечо обожгло болью, а меня бросило на спину. С уст сорвался вскрик, на глаза навернулись слёзы от боли. Заскрипев зубами в попытках справиться с первым шоком, я попыталась перекатиться на бок и подскочить на ноги, но Крис не собирался давать мне такой возможности. Навалился сверху, перевернул меня на живот. Его колено упёрлось мне между лопаток, не позволяя вырваться. А я и не могла, лишь беспомощно забарахталась под ним. Мне и так было плохо после перемещения, а ранение приблизило меня к обмороку. Плечо горело, накатывало головокружение уже от кровопотери. От лёгких будто остались одни ошмётки, и я рисковала выплюнуть их, пока ругалась. Следом рука Криса легла на печать.