Книга Воительница, страница 242 – Алекс Найт

— Скажи, возможно выяснить, что было забито в запрещённую атайю? – уточнила я приглушённо.

Знала ответ, но раз рядом со мной мудрый и вечный серафим, может, ему известно что-то ещё?

Лукавство покинуло золотистые глаза Уриэля, в них поселилась задумчивость, сменившаяся пониманием.

— Нет. Это известно только заказчику и изготовителю артефакта. На тебе было воздействие?

— Судя по всему, – тоскливо вздохнула я.

— Не расстраивайся, – он ободряюще потрепал меня по плечу. – Ты разве не знала, что все мужики сволочи?

— Догадывалась, – придушенно рассмеялась я. – Но мне встречались и хорошие.

— Это они просто лучше остальных шифруются, – смешно наморщился он.

— Ну, серафимы даже не шифруются…

— О, ты знаешь каждого из нас? – он многозначительно поиграл бровями.

— Просто я очень объективна, – забрав кубок из рук Уриэля, я опрокинула его в себя.

Винный дурман постепенно захватывал мысли, становилось легче.

— Ладно, чем займёмся? – голос его наполнили томные нотки, а вторая рука легла на колено.

Хорошо, что я уже выпила вина, иначе бы поперхнулась.

— Жить надоело? – уточнила у него ворчливо. – Даже не надейся.

— Будто ты сможешь возразить, – рассмеялся он, словно киношный злодей. – Я сильнее, возьму и изнасилую.

— Кто ещё сильнее? – фыркнула я, поддев носком сапога вилку на столе.

Та подлетела в воздух и оказалась в моей руке, а потом и возле горла расхохотавшегося Уриэля.

— Сдаюсь-сдаюсь, – сразу пошёл он на мировую, выставив перед собой распахнутые ладони.

Эх, если бы все серафимы так легко сдавались…

— У меня идея! – Уриэль вдруг подскочил с кровати и рванул в спальню.

Не удивлюсь, если он вернётся голым, – Лилит тоже грустила, но пыталась меня развеселить.

От Уриэля можно ждать чего угодно, – согласилась я.

Думаю, он неплох без одежды, – пропела она мечтательно.

Никаких голых серафимов! Даже в мыслях!

— Давай напиваться, и ты для меня станцуешь, – Уриэль вернулся в одежде, что уже хорошо, и принёс ещё две бутылки вина и музыкальную шкатулку.

Не выдержав, я снова расхохоталась, но отказываться не стала.

Давненько у меня не было такого весёлого вечера. Мы с Уриэлем действительно много выпили, я переоделась в платье, станцевала ему пару пьяных танцев, следом он ко мне присоединился. Мы плясали, хохотали, болтали глупости, пока совершенно не опьянели. Серафим, пошатываясь, отправился на любовные завоевания, а я доползла до кровати и вырубилась.

Утром с трудом удалось разлепить веки. Но я титаническим усилием воли подняла себя с кровати и дотащила своё ещё пьяное тело до купальни. Тренировки никто не отменял. Точнее, я не додумалась отменить. Члены моего центуриона посмеивались: видели, что мне плохо, и даже не пытались проявить деликатность. Видимо, в отместку за тренировку после праздника.

— Кано, мы слышали, вы ночевали в крыле Уриэля, – Орестес так вообще не умел держать язык за зубами.

— Во дворце был Азазэль, мы в сложных отношениях, я осталась под защитой Уриэля. Мы напились, – призналась честно. – Если кто-то усугубит мою головную боль, пусть пеняет на себя.

Мужчины рассмеялись, но предупреждением прониклись. Так что сегодня тренировка проходила мирно и в расслабленном режиме. Но и этот день не хотел обходиться без неприятностей. Мы с Флавиусом кружили в ленивом спарринге, когда мужчина вдруг остановился, указав на что-то за моей спиной. Я и сама заметила появившуюся на полигоне служанку, но пока не обращала на неё внимания: