Книга Богиня для плохиша, страница 30 – Алекс Найт

— Богиня, — прошептал он, оглаживая губами мое ушко. Я стояла, не шевелясь, широко открытыми глазами смотрела перед собой. Все это так ново, так незнакомо. — Убери эту дрянь, — он коснулся моей ладони, настойчиво надавил, чтобы я положила шприц на стол. — Заберешь деньги. Пролечишься, пока слишком далеко не зашло, — он вроде говорил здравые мысли, вот только голос наполняла томная хрипотца, а губы в этот момент вновь спускались к моей шее, чуть оттягивая кожу. Он целовал медленно, неторопливо, а я совершено не могла разобраться в своих ощущениях. Это было… приятно и волнительно. И было бы еще приятнее, если бы целовал меня не Максим. Страх никуда не делся. Я понимала, что это прелюдии, что у него позади множество женщин, и он явно неплох в искусстве соблазнения. А он сейчас именно что соблазнял, понял, что я не соглашусь с ним переспать ни за деньги, ни за наркотики. И его действия обнадеживали, он не собирался применять насилие. Надеюсь, что не собирался. — Ты не танцуешь, — напомнил он, положив ладони на мои бедра.

Зажмурилась, вновь пытаясь уловить звуки музыки за грохотом собственных панических мыслей и громким стуком сердца. Легкое круговое движение бедер, изгиб в спине, взмах руками. На секунду я оказалась на сцене в свое последнее выступление. Играла эта же мелодия. Максим с громким вздохом притянул меня ближе, прижимая к своему телу. Я спиной ощутила твердость мышц его груди и силу возбуждения. Его потяжелевшее дыхание ерошило волосы на макушке, а ладони ласкали талию, спускаясь к бедрам. Что-то странное зарождалось внизу моего живота, теплое, приятное. Не сразу осознала, что и мое дыхание участилось, что я ежесекундно облизываю пересохшие губы, ощущая фантомный вкус леденцов.

— Богиня, — повторил Максим. Его пальцы сильнее сжали мою талию, чтобы развернуть меня к Максиму лицом. Я отступила, продолжая медленно двигаться под музыку, неосознанно, скорее на автомате. А Максим, казалось, впитывает в себя каждое мое движение.

Меня пугал его полный вожделения взгляд, меня пугала собственная реакция. Но и бежать некуда. Еще полшага назад, и я натолкнулась на стол. А Максим стремительно приблизился, обнял, крепко, что я выгнулась с тихим вздохом. Его губы впились в мои в яростном поцелуе. И я не сразу вспомнила, почему решила играть по его правилам, почему танцевала. Точнее я вспоминать и не собиралась, отдавшись во власть этого поцелуя, пока моя рука не наткнулась на отложенный на стол шприц. Дрожащей рукой я перехватила его, прильнула к Максиму вплотную, давая себе больше пространства для удара. Даже попу Максима погладила, чтобы не промахнуться. Максим утробно простонал от этого прикосновения, обнял меня крепче, углубляя поцелуй. Я отвечала, но неумело, все же опыту неоткуда взяться. Мне нравился этот поцелуй, он затягивал. Но это вовсе не значило, что я не собираюсь бороться за свою честь.

Игла вошла легко, пробив ткань брюк. Максим вскрикнул от боли, резкий ввод препарата вряд ли приятен. Но и я вряд ли испытаю удовольствие во время потери девственности, когда ему надоест ждать моего согласия. Он обернулся, видимо выискивая вредителя его филейной части. Я толкнула его в плечо так сильно, как могла, и побежала к выходу. Максим не упал, как я надеялась, а лишь потерял равновесие. Потом развернулся и рванул за мной. У двери он схватил меня за плечо. Мне пришлось уйти в сторону, чтобы высвободиться. С треском порвалась ткань ворота платья. Он не сумев удержаться вновь потерял равновесие и чуть не упал. А я уже бежала по коридору. Поняла, что до лестницы не добегу и шмыгнула в первую же комнату, на двери которой увидела замок. Дверь захлопнулась буквально перед носом разъяренного Максима. Как-то я даже щелкнула замком, когда на дверь обрушился удар, кажется кулаком. Максим с силой дернул дверь. Да так, что я сразу же усомнилась в надежности замка. Да и откуда надежный замок на межкомнатной двери? Если бы дверь открывалась внутрь, он бы уже ее выбил, судя по силе нового удара, который явно произошел с ноги.