Книга Истинная на полставки, или (не) счастье слепого дракона, страница 163 – Любовь Песцова

Внутри меня драконица. Она умная, сильная, она лучше знает, как управлять этим мощным телом. Так что отключаем голову и доверяем управление этой машиной ей.

Повинуясь этому непривычному чувству уверенности, я расправила крылья, взлетев.

Солнце отразилось от чешуи, и в воздухе вокруг меня разлилось сияние. Такое, как обычно изображают на иконах.

Светлое, тёплое, внушающее надежду на что-то хорошее впереди.

Но мне некогда было раздумывать о моём «божественном сиянии». Незнакомые драконы уже нацелились на Натаниэля, а сам он загребал когтями землю, готовясь кинуться вперёд.

Спикировав вниз, я приземлилась аккурат перед Натаниэлем и раскрыла крылья, закрывая его собой.

Не трогать. Моё. Личное!

Драконы, которые только что явно были намерены уничтожить мутанта, дрогнули и как будто опешили.

Один за другим они начали приземляться чуть поодаль. Как будто специально на расстоянии, чтобы не провоцировать. Показывая, что у них нет дурных намерений.

Но я им не особо-то верила. Бернард тоже, потому что не отходил от своего мутировавшего внука.

А сам Натаниэль, кстати, в защите вовсе не нуждался.

Поняв, что драки не будет, он взревел и взмыл в небо. Чёрная матовая чешуя впитывала свет, и на фоне моего постепенно угасающего сияния это выглядело особенно жутко.

Решив, что если законная добыча до него не долетела, то нужно атаковать самому, Натаниэль ринулся вперёд. Прямо туда, где приземлились незваные гости.

Я повторила свой финт, взлетев за ним и встав на его пути. Могла бы говорить, обязательно пропищала бы знаменитое Леопольдовское: «Ребята, давайте жить дружно».

Наверное, не стоило действовать так опрометчиво.

Этот неуправляемый дракон, который уже не был моим Натаниэлем, нацелился на добычу. А встать между зверем и его жертвой может только полная идиотка.

То есть я.

Сначала в меня полетела волна черно-багровой магии, примерно такой же, как та, что использовали демоны.

Но она не причинила мне вреда, просто пройдя сквозь тело.

И тогда полудемон решил задействовать грубую силу. Он был почти в два раза больше меня и не собирался стесняться своего преимущества.

Дикий рёв, взмах когтистой лапы и крылья пронзило болью, а я полетела на землю так стремительно, что не будь у меня сейчас мощной драконьей брони, непременно разбилась бы насмерть.

Но и так удар был более чем неприятным. Вот только задумываться об этом было некогда.

Через секунду рядом приземлился полудемон. Шагнул ко мне, а потом внезапно вздрогнул. Как будто по нему ударили.

Я специально оглянулась на незваных гостей, но они стояли поодаль, и их вполне успешно отвлекал Бернард.

Натаниэль качнул своей рогатой головой, снова попытался подойти и взвыл так, словно его резать начали.

Этот огромный и очень устрашающий дракон ревел, скрёб когтями землю, извивался и выглядел таким несчастным, что сердце защемило.

Я поняла, почему он страдает.

Дракон не может причинить вред своей истинной паре. Наша магия не действует во зло друг другу, а поднять руку на своего избранника — это самый тяжкий грех.

Натаниэль ведь был где-то там, внутри. И увидев, как это чудовище рвёт мне крылья, он не выдержал.

Мой дракон сейчас очень страдал, причём, скорее всего, от реальной физической боли. Осознанно нанести рану своей истинной паре — за такое Рорена должна наказывать жестоко.