Книга Истинная на полставки, или (не) счастье слепого дракона, страница 183 – Любовь Песцова

Как только стрелки завертелись, словно заведённые, я дала условный сигнал Натаниэлю снижаться.

Город был пуст и оттого пугал своей неестественностью. Хотя закрытые ставни в большинстве домов внушали надежду. Очень хотелось верить, что местные жители просто спрятались.

Спрыгнув с драконьей спины на липкую мостовую, я старалась не смотреть под ноги.

За спиной хлопнули крылья, затылок обдало дуновением магии и вот рядом уже Натаниэль, а не огромный чёрный монстр.

Очень хотелось отправить его на подмогу остальным, но я понимала, что не пойдёт. Да и мне может понадобиться помощь, неизвестно где держат Айрис и что там происходит.

— Что случилось? — спросил Натаниэль.

— Хм… Стрелка раздвоилась.

— Вроде бы и так их две было.

— Теперь три, — протянула я, показывая компас Натаниэлю. — Смотри, вот эта бледная, едва заметная, наверняка на отца указывает, она нам не нужна. А светятся ровным красным цветом ещё две стрелки. И указывают в разные направления.

— Это значит…

— Что на этом острове двое моих близких кровных родственников.

Переглянувшись, мы оба поняли, что именно это означает.

— Что ж, нужно проверить оба направления, — пришёл к выводу Натаниэль. — Идём.

Потянув меня в нужном направлении, он взял управление на себя.

И очень скоро мы оказались в богатом доме. Назвать это замком было бы слишком лестно, но на особняк зажиточного аристократа вполне походило.

И почти сразу наткнулись на человека, на которого указывала стрелка компаса.

— Здравствуй, мама.

Мать не выглядела измученной пленницей. Это и успокаивало, но и злило одновременно.

Нет, я вовсе не желала ей зла и была рада тому, что её не держали в темнице, не морили голодом, не издевались.

Во-первых, я не была садисткой. Во-вторых, это внушало надежду, что с Айрис тоже обходились подобным образом.

Но при этом я понимала — такой цветущий вид Маргарет означал, что она находится здесь добровольно и, скорее всего, помогала Лэнгли.

Причём я даже не удивилась. Что ей стоило сменить Джулиана на Адвера? Для неё и разницы особой нет, кому именно продавать дочь.

— Здравствуй, мама, — сказала я, пытаясь оставаться спокойной.

— Ирэн? Что ты здесь делаешь?

— Могу задать тебе тот же вопрос.

Судя по тому, что она даже нашествия демонов не особо боится, значит, у неё есть какие-то гарантии безопасности.

— Я… я…

— Решила продолжить торговать дочерями, — закончила я за неё.

— Что ты такое говоришь? Неблагодарная девчонка! Я твоя мать, прояви почтительность!

Как же любят давить на родственные связи и чувство долга те, кто сами плевать хотели на любые законы морали.

Маргарет удобно устроилась. С одной стороны муж, который совершенно не умел распоряжаться финансами и щедро отсыпал супруге в случае своих редких выигрышей, а также отдал то, что осталось от его семейного капитала. С другой стороны — дети, которые мать безоговорочно любят. Они ведь дети.

И все ей были должны по гроб жизни просто за то, что она существует.

Муж должен обеспечивать роскошную жизнь, дети должны подчиняться и быть удобными, чтобы маменька могла хвастаться перед подружками дочерями и сливать на них накопленное раздражение, когда захочется.

Назвать эту особу матерью не получалось.

Когда человек покупает скрипку, он становится владельцем, а не музыкантом. Точно так же женщина, может стать родителем, а может матерью. Все привыкли к тому, что эти два понятия всегда идут рука об руку, но бывает и иначе.