Книга Хранители Тории: Город запретных желаний, страница 104 – Дарья Верескова

Я заметила это не сразу, только часа через три, но даже после очередного повышения ИЧР все параметры всё ещё укладывались в рабочие диапазоны.

— Юсэй, мы сегодня буквально бьём все рекорды по закрытым задачам! — довольно произнесла Эмико, не отрывая восторженного взгляда от «менеджера», и тот тоже лучился едва читаемой уверенностью, потому что задачи на портале у всей команды действительно находились в «зелёном» секторе, показывая, насколько успешно он проводит эту смену.

Если бы я не была настолько сильно на взводе, то начала задавать вопросы, но сейчас я просто машинально заполняла свои таблицы и потому поняла, что что-то идёт не так, слишком поздно. Биоматериал начал демонстрировать хаотичную двигательную активность, чередуя её с короткими фазами полной неподвижности… и к тому, что произошло в следующий миг, мы все оказались совершенно не готовы.

Наружный слой ткани за считанные секунды подвергся минерализации, покрываясь костяным панцирем и становясь похожим на лапку паука с плотным заострённым выростом, и в то же мгновение разбил ламинарный бокс, находившийся по правую сторону от Аски.

— Всем покинуть лабораторию! — раздался громкий крик-приказ мистера Мидзутани, услышавшего вскрикнувшую Аску.

Приказ распространялся только на нас — не на тех, кто оставался наблюдать за Джином в единственной закрытой комнате автодома.

Первой выскочила Эмико, вторым — Юсэй, а за ними бросились и все остальные, хотя одному из хемоинформатиков всё же досталось, его задели разлетевшиеся осколки. Но следом… из лаборатории выбежал один из охранников. Я видела глубокие порезы на его коже и понимала, что они нанесены взбесившимся биоматериалом. Раны странно дымились, словно их обработали серной кислотой или щёлочью, но мужчина держался, лишь беззвучно открывая рот от боли.

В этот момент грудь сдавило в тиски.

— Джин! — услышала я собственный голос.

— Ему уже приказано возвращаться, — бросил мне кто-то из охранников.

Мимо нас пронеслись несколько охранников, что раньше стояли у ворот Тории, — они направлялись внутрь автодома, в руках — оружие. Мистер Мидзутани оставался внутри, а нами снаружи вместо него управлял другой охранник — мистер Югоро, но и он вскоре ушёл, отправившись помогать к воротам.

Ждать Джина.

Я направилась вслед за мистером Югоро, всё ещё сжимая в руках компактный термодатчик, который собиралась заменить в одном из ламинарных боксов. Никто за мной не следил, остальные взволнованно стояли около автодома и помогали порезанному хемоинформатику, банально боясь приближаться к раненому охраннику, а о том, что творилось в автодоме, не хотелось даже думать.

Ворота казались неизменными.

Ничего не передавалось, шестеро охранников ждали на некотором расстоянии, не подходя ближе, я же видела, как у самой тёмной, плотной кромки находилась… некая масса. Похожая на грязь, она с каждой секундой принимала всё более знакомые очертания, перелива́ясь и изменяясь прямо здесь, вне ворот.

— Все наши измерения ничего не стоят, — сказала я мистеру Югоро, — посмотрите, даже к моменту перехода от ворот до лаборатории морфология изменяется, а мы используем её в расчётах!

— Ему уже приказано выйти, вернитесь к своим, вы не авторизованы здесь быть, — жёстко ответил мне мистер Югоро, приказывая.