Книга Хранители Тории: Город запретных желаний, страница 182 – Дарья Верескова

Джин Робертсон очень любил секс, и рядом с ним я сама полюбила его ещё больше, сгорая в адреналине этих отношений, но одновременно не могла избавиться от ощущения, что, кроме этого самого секса, у нас почти ничего и нет.

И всё же это, наверное, был один из самых счастливых дней в моей жизни, а за ним последовал точно такой же второй, на этот раз с поездкой к Стоунхенджу и в Бат. Сам Джин здесь уже бывал, но, по-моему, это ничуть не уменьшало его энтузиазма.

Возвращение в Токио было назначено через три дня, а сегодня нам предстояла последняя из трёх запланированных вылазок в Приграничье.

* * *

Повышать ИЧР мы начали почти сразу после пересечения портала, на том же месте, что и в прошлый раз. Точнее, занималась этим я, запуская химические реакции, чужеродные для Приграничья, а Кристофер и Джин почти не отвлекались, оставаясь рядом, пока я проводила эксперименты.

В этот раз нам всем выдали чуть меньшую дозу препаратов — опять же, чтобы позволить ИЧР подняться, а затем замедлить его рост таблетками строго в определённой зоне действия. Хотя мне такой подход казался слишком рискованным, всё же таблетки действовали совсем не так предсказуемо, как инъекции.

По мере того как рос индекс реактивности, туман становился всё плотнее.

— Выдвигаемся, — коротко и жёстко проговорил Крис.

Сегодня он уже не пытался носить за мной чемоданчик. Может, потому что потерял интерес, а может, потому что Джин постоянно находился рядом, мы перешучивались и вообще… явно вели себя так, будто между нами всё отлично.

Ну и правильно, какой смысл ломиться в закрытые ворота?

— Ты в порядке? — спросила я, заметив, насколько сильнее Кристофер нервничает по сравнению с нашей первой вылазкой в Приграничье.

— После таких туманных дней мы… выжидаем, — честно ответил он. — Но сейчас из-за тебя и Джина решили…. Не уверен… \безопасно.

Смысл я поняла — обычно после дня, когда условия признавали слишком опасными, лондонская команда не лезла в Приграничье сразу же, а ждала. Сейчас же Кристофер был уверен, что начальство решило нарушить привычный порядок из-за нашего присутствия. Наверное, даже скорее из-за Джина, чем из-за меня, потому что вместе с Крисом они могли собрать куда больше биоматериала.

— Тогда давайте действовать по всем правилам и не рисковать, нигде не задерживаться. Я не буду у вас на пути, но стану делать замеры каждые полчаса, а после ИЧР в четыре десятых — каждые десять минут.

Так и решили.

Нервозность Криса постепенно передалась и нам с Джином. Мы втроём перестали отвлекаться на посторонние разговоры, общались только по делу и сразу передавали всю информацию тем, кто оставался на другой стороне рации. И, нужно признать… результаты превзошли все ожидания начальства.

Три стриггана за два часа, а ведь лондонская команда нередко возвращалась вообще без биоматериала. Неудивительно, что начальство хотело использовать каждый день нашего пребывания здесь, конечно же, соблюдая все рекомендации врачей по безопасности.

— Стойте, — Джин замер, всматриваясь в туман.

Я проследила за его взглядом, и через несколько секунд мне тоже начало казаться, что там кто-то есть. В отдалении сквозь туман и огни двигался тёмный человеческий силуэт — неторопливо, явно чувствуя себя здесь совершенно спокойно.