Книга Хранители Тории: Город запретных желаний, страница 41 – Дарья Верескова

— Всё будет хорошо, слышишь? Мы по-прежнему вместе, по-прежнему семья. Мы просто пока не привыкли к этой новой модели отношений, но я уже вижу, насколько сильно она помогает. Вот и работу ты нашла. Не забудь, через две недели мы едем к моим родителям, они очень тебя ждут.

Заснуть я так и не смогла — даже на эти жалкие оставшиеся минуты. И лежала на диване, просто не сумев заставить себя вернуться в собственную кровать.

На работе мне отказались сократить последний месяц отработки. Сказали только, что и так не требуют от меня дополнительных часов, но если я не завершу все нынешние проекты, это отразится на моём рекомендательном письме для последующих нанимателей.

Оскар вновь перестал писать мне в течение дня, потеряв интерес даже к моей новой работе, хотя вечером вёл себя как ни в чём не бывало. Цветы его любовница забрала с собой, а потом, через неделю, во время моей четвёртой ночной смены, она написала мне в социальных сетях.

И как только нашла меня…

Тот вечер я не забуду никогда, потому что собственными глазами увидела то, что прежде считала невозможным.

* * *

— Вы рассеяны, — это был уже третий раз, когда ко мне подходил старший хемоинформатик, немец Дитер Бар.

Здесь вообще работало много европейцев, из чего я сделала вывод, что Министерство экономики сотрудничает с Евросоюзом. Они встречались во всех сферах — в отделе кадров, в моделировании, даже среди охраны.

— Вы не доверяете мне строить новую модель, хотя последние две я повторила и получила похожий результат с более высокой достоверностью быстрее, чем остальные, — улыбнулась я.

На самом деле я действительно едва соображала от постоянного недосыпа. Домой я возвращалась только раз в три дня и часто вообще не видела Оскара — я заканчивала на старом месте раньше него, а утром, между работами предпочитала поспать несколько часов в капсульном отеле. Иногда и вечером, между сменами, я оставалась там же, вечно кочуя с чемоданом, в котором лежали вещи на несколько дней.

Как я выдержу ещё две с половиной недели в таком темпе?

Оскар знал об этом, я всегда его предупреждала, не желая, чтобы в нашем доме появлялся кто-то ещё просто потому, что он решит, будто я нарушаю правила. Квартира теперь воспринималась тяжело, мне не хотелось туда возвращаться, и удалённость от общественного транспорта только мешала.

Получая предупреждения о том, что я на смене, Оскар не сердился. Наоборот, иногда даже писал «хорошей смены», хотя по большому счёту он продолжал почти не общаться со мной. Он не проявлял интереса к моей жизни и почти никогда не отвечал, даже когда я спрашивала про его день, работу или новый выпуск его любимого шоу.

Что-то разрушительное внутри твердило, что наши отношения бессмысленны, но вместо этого я лишь подсознательно отмечала, насколько другие мужчины во всём проигрывают Оскару. Мне отчаянно хотелось вернуть те времена, когда он интересовался мною, когда был добр и ласков, когда между нами царили страсть и доверие. Я даже стала читать в интернете о том, что в моменты уязвимости мозг выдаёт искажённую оценку партнёра, а у меня сейчас был хронический недосып, усталость и полное отсутствие уверенности.

Я всё понимала, но не могла перестать думать о нём, мечтать и любить.

Единственный раз, когда Оскар написал мне первым, был вопрос о нашей поездке в Хакубу. К моему удивлению, на новой работе сказали, что отпустят меня, — срок не слишком долгий, а график у них всё равно сменный.