Книга Судьба, начертанная кровью, страница 111 – Даниэль Л. Дженсен

Единственный вход стерегла Тора, окон не было. Перешагнув ручей, что струился из-под чертога, я замерла: если вода текла внутри, значит, она как-то вытекала наружу. Пробравшись против течения, я взобралась на скальный выступ, на котором возвышался чертог. Вода сочилась по камню, рождая тихое журчание.

Нащупывая, за что уцепиться, я полезла вверх и мысленно прокляла рога на маске, которые то и дело скребли деревянную стену чертога. Руки онемели от ледяной воды, но мне было плевать, и я всмотрелась в щель, откуда текла вода. И сразу же увидела Харальда.

Он говорил, но из-за журчания и гула пиршества я ничего не слышала. А еще никак не могла разглядеть, к кому он обращался, потому что его собеседника скрывало изваяние Локи. Я окинула взглядом все тени в поисках Бьорна, Ильвы, Снорри или остальных наших спутников – никого. Тогда я вернулась к конунгу.

Он был в ярости, размахивал руками и тыкал пальцем.

С кем же он говорил?

— Думаешь, за это не придется платить? – уловила я обрывок его фразы, когда на миг барабаны стихли, и подалась вперед. – …Он уничтожит все, что тебе дорого, если… лишь так ты убедишься, что Снорри не…

При имени Снорри сердце забилось как бешеное, и я мысленно заорала на вдруг запевших гуляк, чтобы они все позатыкались.

— Хорошая мать оберегает сына… идет на все, чтобы…

Остальное потонуло в пьяных воплях, но Харальд замер, впившись взглядом в невидимого собеседника.

Пение стихло.

— Значит, таков наш план, – сказал Харальд. – Он тебе доверяет. Иди…

Громкий раскат хохота заглушил последние слова, после чего Харальд развернулся и покинул чертог, оставив собеседника в одиночестве.

Я должна была увидеть, кто это.

Через щель в чертог не пролезть, так что я, быстро спустившись, прокралась вдоль стены. Затаилась в тени, выжидая, но двери оставались закрытыми. В груди шевельнулась тревога. Я подобралась к дверям и тихонько толкнула створку.

В чертоге по-прежнему горели огни, освещая изваяния, но ничто не нарушало тишины. Тот, кто был здесь с Харальдом, скрылся.

— Проклятие, – прорычала я, оборачиваясь, и зашарила взглядом по теням в поисках улизнувшего силуэта, но увидела лишь танцующих у костров людей.

Кто это был? Кто сговорился с Харальдом?

Кто-то мне знакомый?

«Хорошая мать оберегает сына»… Тревога сдавила мне сердце. Я направилась к пирующим. Это ведь не могла быть она. Не могла…

Я застыла в нерешительности. Что делать? Искать предателя? Или Бьорна? Или Снорри, чтобы его предупредить?

Мимо, пошатываясь, прошли несколько мужчин. Один чуть не сшиб меня с ног и заорал:

— Давай к нам!

Я не удостоила его вниманием и, подняв голову, увидела ее – женщину, низко надвинувшую капюшон, что шла прямиком к чертогу, где я должна спать.

Где должен спать Бьорн.

К чертогу, защищенному лишь рунами, которые она сама и начертала, потому что все же и хотела, чтобы стража ушла. И сделала она это, чтобы встретиться с Харальдом, потому что сговорилась с ним, желая избавиться от Бьорна и протолкнуть в наследники своего Лейфа.

Это Ильва. Сомнений не осталось.

Сжав кулаки, я смотрела, как она тянется к двери, и уже предвкушала, как ее перекосит, когда она поймет, что ни меня, ни Бьорна там нет. Когда до нее дойдет, что ее план накрылся.

Ильва взялась за ручку и открыла дверь, но как только шагнула внутрь, ее будто сшибло могучим кулаком кого-то из богов. Она шлепнулась на задницу в нескольких шагах от порога.