Книга Судьба, начертанная кровью, страница 164 – Даниэль Л. Дженсен

Люди, заволновавшись, оборачивались ко мне. Но не с почтением, а с ужасом.

— Завтра Стейнунн покинет Гриндиль, чтобы разнести весть о нашей воинской славе. Она пройдет по всему Скаланду, из селения в селение, и вслед за ней народ хлынет толпами, чтобы присягнуть мне, своему конунгу! – прогремел Снорри, вновь приковывая все внимание к себе. – А тех, кто сражается на моей стороне, будут воспевать веками!

Люди возликовали, и мгновение спустя раздался бой барабанов. По рукам пошли кувшины с медом – Снорри велел вскрыть закрома Гнута, чтобы вознаградить своих. А я смотрела на это пиршество невидящим взглядом. Ужас пригвоздил меня к месту, ведь я не могла натворить такое. Ведь я помнила все совсем иначе, тогда мне это казалось возмездием. Казалось, что я несла справедливость.

Карала тех, кто отнял у меня Бодиль.

К горлу подкатила желчь. Испугавшись, что меня вывернет у всех на глазах, я резко развернулась и прохрипела:

— Мне нужно подышать.

Я шла, не разбирая дороги, зная лишь, что мне нужно убраться прочь. Прочь от всех этих людей, что смотрели на меня, как на чудовище. Людей, что пойдут за мной не из почтения, а из страха. Смутно я ощущала, что Бьорн следует за мной по пятам безмолвной тенью. Чуть не поскользнувшись, я застыла и рывком на него обернулась.

— Это все ложь. Не знаю, Снорри ее вынудил или люди ей соврали, но все было не так. Те, кого я убивала… они были врагами. Они на меня нападали. Они…

Я осеклась, заметив выражение лица Бьорна. Усталость. Боль.

— Чары скальда не лгут. – Голос его звучал глухо. – Неважно, что говорили Стейнунн люди, ее силы являют лишь ту правду, что зрят боги.

У меня задрожали губы.

— Так… так вот что ты тогда видел?

Молчание Бьорна было красноречивее любых слов.

— Не знаю, как ты можешь на меня смотреть. – прошептала я.

Стремительно развернувшись, я сделала шаг, но Бьорн тут же обхватил меня за талию и втянул в узкий проход между домами.

— Я видел, как ты утратила себя. – Его дыхание обожгло мне лицо, Бьорн прижался своим лбом к моему, сжал мои бедра руками, не давая двинуться. – Утратила себя в скорби. В битве.

Я хотела поверить в такое оправдание, вот только… я видела, как мои глаза пылали красным, и в них не было ничего человеческого.

— А что, если не утратила, Бьорн? Что, если я себя обрела? – Я подняла лицо, посмотрела в его мрачные глаза и прошептала: – С того дня, как я услышала пророчество твоей матери, я гадала, как же моя сила сможет объединить целый народ. Что, если вот он, ответ? Что, если… если моя сила – это страх?

Бьорн крепче сжал пальцы на моих бедрах, прижимаясь ко мне всем телом.

— Ты обладаешь силой изменить свою судьбу, Фрея. Ты можешь уйти. Мы можем уйти. Позволь мне увезти тебя прочь от этого всего. Заставим норн переплести наши судьбы, а все, что говорит моя мать, пусть катится в Хельхейм.

«Мы можем уйти». От того, что Бьорн предлагал, меня пробрало дрожью. Не просто взять и сбежать от этого безумия, но еще и бок о бок с ним.

— И ты уйдешь?

— Да.

— Но. – Я с трудом сглотнула. – Ты же так много потеряешь. Семью. Свой народ. Шанс отомстить Харальду. Шанс стать правителем Скаланда.

— Я не хочу править, – ответил Бьорн. – Я хочу тебя.

И тогда он накрыл мои губы своими, зарываясь одной рукой в мои распущенные волосы. Я тихо заскулила, позволяя углубить поцелуй, и наши языки сплелись. Тело отозвалось, мгновенно и яростно, ведь желание это всегда таилось у самой поверхности. Всегда готовое.