Книга Судьба, начертанная кровью, страница 183 – Даниэль Л. Дженсен

— Бодиль мертва, и второй раз ее уже не спросишь, – ответил Снорри, не оборачиваясь к ней и продолжая смотреть мне в глаза.

— Тогда зови Стейнунн, – сказала я. – Ее песнь отражает лишь правду.

— Она уехала ночью.

Охваченная досадой, я сжала кулаки.

— Ильва – единственная, кто знал, что мы с Бьорном отправились к моей матери. – По щекам заструились слезы. – Только она знала, и теперь, из-за ее предательства, моя мать мертва. Я требую возмездия.

Повисла тишина, и я не смела его нарушить. Дышала даже через раз.

— Я не вынесу тебе приговор без справедливого суда, – наконец произнес Снорри, и я увидела, что он сжал кулаки – и они дрожали, словно он едва сдерживал ярость. – Но учти: обвинения Фреи весьма убедительны.

Лицо Ильвы исказила гримаса отчаяния.

— Любимый, ты же знаешь…

Ее мольбы оборвал пронзительный рев рога, и я в тревоге вскинула голову. И тревога эта усилилась, когда он прозвучал снова.

Предупреждение.

Мгновение спустя в чертог ворвался воин.

— Армия Нордланда высадилась в Торне, – выдохнул он. – Десятки кораблей. Требуют выдать им деву щита.

Все мое нутро сжалось, ибо пусть мы знали, что этот миг настанет, никто не думал, что это случится так скоро.

Ильва прижала ко рту ладонь:

— Нам нужно бежать!

— Это твой замысел?! – заорал на нее Снорри. – Так сильно жаждала отстроить Хальсар, что сговорилась с моим заклятым врагом?!

— Я тебя не предавала! – рыдала Ильва. – Клянусь богами, я верна! Но, Снорри, мы должны защитить свой народ! Союзники еще не прибыли, мы не выстоим против Харальда! Мы должны отступить!

— Я не для того завоевывал эту крепость кровью, чтобы сдать ее при первой же угрозе! – прорычал Снорри, а потом рывком обернулся к вестнику. – Оставить Торне! Собрать всех в крепости и держать оборону!

Небо расколол оглушительный раскат грома, земля задрожала, и донеслись крики ужаса.

— С ним Тора, – подал голос Бьорн. – И Скади, разумеется, тоже. Ильва права, в этой битве тебе не победить. Мы должны бежать.

Снорри замахнулся. Его кулак ударил Бьорну в челюсть, отчего тот покачнулся.

— Так ты думаешь заслужить место в Вальхалле, мальчик? Трусостью? Бегством перед лицом битвы?

— Распознать верное поражение – это не трусость, – огрызнулся Бьорн, сжимая кулаки. – Я думаю, Один скорее посадит за свой стол тех, кто умеет выбрать поле боя и одержать победу, а не тех, кто несется навстречу поражению!

— Сам Всеотец и предвидел величие Фреи! – завопил Снорри. Его неистовство, его фанатизм заставили меня вздрогнуть, но Бьорн и бровью не повел. – Сам Один и сказал твоей матери, чего я достигну благодаря Фрее, а ты на каждом шагу противишься судьбе, которую он ей предначертал! Думаешь, я не заметил?! Думаешь, меня не тяготит, что моим собственным сыном движет не гордость, а страх?!

— Страх тут ни при чем! – заорал Бьорн в ответ, и я напряглась, увидев в его глазах ярость. И кипящую под ней ненависть, которую я прежде не замечала. – А то, что я не верю, что ты правишь судьбой Фреи!

Краска схлынула с лица Снорри, затем он быстрым движением обнажил меч и приставил острие к горлу Бьорна. Я схватилась было за свой, но застыла при виде струйки крови на коже, понимая, что любое мое движение может стоить Бьорну жизни.

— Почему же? – процедил Снорри сквозь зубы. – Потому что считаешь, ею править должен ты?