Книга Без права на побег, страница 171 – Елена Леонтович

Только на второй день, когда утром супруги Снейп в четыре руки сняли последние осколки проклятия, из глубин сознания Мэй начали подниматься образы, давно стёртые. Сначала это были смутные картины — лица, голоса, фрагменты домов, запах дождя над каменными улицами. А потом воспоминания вспыхнули ярче, обрели цельность, и женщина, наконец, вспомнила себя прежнюю.

Она снова произнесла своё имя. В памяти встала семья, родной дом и далёкая жизнь в Америке, которую женщина когда-то считала навсегда потерянной.

Больше всего Мэй поразила дата, которую она узнала из уст своей спасительницы: 8 мая 1981 года. Женщина замерла, словно ударенная молнией. Ей было почти восемьдесят. Полную дату рождения память упрямо не выдавала, но где-то на краю сознания теплилось воспоминание: она появилась на свет осенью 1902 года и всегда знала, что младше Криденса всего на год.

— Миссис Снейп, могу я попросить вас отправить письмо моему мужу? — голос её дрогнул, но в глазах впервые за долгие годы вспыхнула надежда.

— Госпожа Мэй! Вы вспомнили! Это замечательный знак, — Лита улыбнулась, не скрывая радости. — Напишите письмо и отдайте Тисли, она всё отправит.

Неожиданная пациентка, воскрешённая из полузабвения, была для молодой четы Снейп одновременно чудом и тайной. О случившемся нельзя было говорить вслух — слишком опасно. Северус и Лита прекрасно понимали, что подобное открытие может привлечь не только внимание, а беду.

В Мунго Мэй идти отказалась наотрез. Она слишком хорошо знала коварство магического общества, его жадность до секретов и тягу к экспериментам. О прошлом своём она говорила скупо, но о будущем — много и настойчиво. Долгие часы она проводила с Литой, объясняя ей, как опасно доверять чужим обещаниям.

— Никогда слышишь, никогда не полагайся только на слова, — твёрдо говорила она, глядя на девушку серьёзными глазами. — Заключай контракт, магический, письменный, любой, лишь бы имел силу. Люди обманчивы, Лита. Даже самые близкие.

И в этих словах слышался не только совет, но и горькая исповедь человека, слишком хорошо познавшего предательство.

Супруги Снейп сразу пришлись Мэй по сердцу. Она с редкой теплотой наблюдала за их отношениями: казалось, их медовый месяц и не думал заканчиваться. Полный магический брак, заключённый по всем правилам, не приносил ни тени сожаления. Северус относился к жене со вниманием и бережностью, умноженными вдвое его суровым характером, а Лита отвечала искренней любовью и заботой. Порой было трудно уловить, где кончается инициатива одного и начинается забота другого — они словно жили единым дыханием.

Окрепнув настолько, чтобы вновь держать перо, Мэй написала письмо. Каждое слово давалось нелегко — рука дрожала, сердце то и дело замирало от волнения. Она тщательно взвешивала каждую фразу, помня, что письмо может попасть не в те руки. Наконец, сложив лист и запечатав конверт, женщина доверила его Тисли, наказав домовушке отправить международной почтой с особой осторожностью и строгой конфиденциальностью. Более всего Мэй страшили родственники мужа — могущественные, влиятельные, не стеснённые никакими моральными рамками.

Долгожданный ответ задержался. Время текло медленно, и, дождавшись первых недель безвестности, Мэй почти потеряла надежду. И всё же однажды чудо произошло.