Книга Без права на побег, страница 24 – Елена Леонтович

Пора было выходить из стадии отрицания. Это было очевидно. Но вот как? Как перестать надеяться на невозможное? Как принять, что дорога назад закрыта? Лилька не хотела проходить через истерику. Её и так трясло от неопределённости и всего, что происходило вокруг. Впрочем, торговля уже состоялась, и хоть условия для неё были вполне сносные, но всё же. Болотная ведьма теперь почти в рабстве. И хотя Лилька ни в коем случае не могла показывать этого — ни слабость, ни страх, ни внутреннее смятение, — ей было тяжело. Очень тяжело.

Девушка пыталась вырваться из этой ловушки, переключиться, но чем больше она пыталась, тем сложнее это становилось. Принять, отложить все сомнения… казалось, это будет легче, чем оно есть на самом деле. Но как же тяжело было бы сделать этот шаг. Как тяжело отпустить свою прошлую жизнь.

Ритуал принятия имени оказался странно простым, даже слишком. Лилька быстро нашла его в книге — короткий, без лишних слов и обрядов, что, впрочем, лишь усилило её чувство странной пустоты. Каждое слово казалось тяжёлым, как камень, но она вынуждена была произнести их, не думая, не чувствуя.

«Нужно сделать это», — думала она, стараясь не зацикливаться на мысли, что каждое произнесённое слово отдаляет её от прежней жизни. Она трижды проговорила слова, будто бы не свои, чуждые, но вынужденные:

— Я принимаю своё новое имя в этом мире, Лилит Ноэль Гримм, и помню имя, данное мне при рождении — Лилия Наильевна Ахметзянова.

Последний звук сорвался с её губ, и в этот момент всё её тело напряглось, словно готовое к удару. Но вместо этого... было облегчение. Лёгкость. Неполная, горькая, как освобождение, но освобождение от чего-то важного, того, что уже не вернуть. Слёзы катились по щекам, но это были не слёзы боли. Это были слёзы прощания. Прощания с Лилией Наильевной. С тем, что когда-то было её. Кто она теперь? Лилит Ноэль Гримм? Личность, которую только предстоит осознать?

Но, возможно, всё это и не имело значения. Важно то, что она приняла свой выбор. Приняла неизбежное. И теперь путь назад был отрезан.

Второй ритуал оказался ещё проще, чем она ожидала: короткое заклинание, больше напоминающее заговор на латыни, пару слов, произнесённых без особых усилий, и щепотка магической силы — и вот ритуал завершён. Лилька почувствовала, как магия, словно невидимая волна, омывает её, а затем уходит, оставив лишь лёгкое ощущение завершённости.

Когда она закончила, дверь тихо открылась, и в комнату вошла миссис Фэнвич. На её лице читалось явное облегчение.

— Ну вот, совсем не страшные ритуалы, — произнесла она с легким выдохом.

— Так это потому что я их сама провожу, а не другим доверяю, — с лёгкой усмешкой ответила Лилька, чувствуя себя немного увереннее.

— Тогда давайте перейдём на новый уровень общения, — продолжила ведьма, как бы не замечая её сарказма. — Вы будете звать меня тётушка Милдред, а я вас — по имени.

Лилька приподняла брови, не удержавшись от вопроса:

— И как вы меня будете звать? Лили? А как же совы?

Милдред усмехнулась, её глаза блеснули, а на губах появилась едва заметная улыбка.

— Ну зачем же, — ответила она с ноткой игривости. — Думаю, лучше Лита. Красивое имя, звучное. Сейчас напишу мастеру Шайверетчу, и он назначит нам время. Вдруг у вас окажется сложный подбор палочки?