Онлайн книга «Без права на побег»
|
Воровка — та, что осталась в ее родном мире, — по-прежнему молчала. Но глаза потемнели, и Лилька знала: каждое слово она впитывает как приказ. — Бабушке Фариде расскажешь всё как есть. Без вранья. Скажи, что я за тебя попросила. Учти, бабка тебя на раз-два расколет, так что лучше сама выложи всё начистоту. Меньше огребёшь. Голос сорвался на почти хриплый шепот: — Только посмей обидеть мою маму… Я тебя и отсюда достану. Лилька говорила с яростью, с болью — но не жалостью. Это был приговор. Воровка немного сжалась, будто от физического удара. А потом — робко, на выдохе — спросила: — Можешь… можешь сказать Джеймсу, что я люблю его? — Щас! Бегу, спотыкаюсь! — Лилька фыркнула так, что в воздухе, казалось, дрогнула звенящая тишина. — Я, по-твоему, зоофилка? Встреться я сейчас с твоим благоверным — всё, привет, свадьба без права на обжалование! А я, знаешь ли, жить хочу. И иметь право самой выбрать себе нормального парня. А не это… чмо. — Почему ты так? — почти жалобно, тихо. — Джеймс ведь… хороший… — То-то ты от него сбежала, пятками сверкая. — Лилька сложила руки на груди, нависла, как прокурор. — Знаешь ли, чмо и мачо — слова похожие, а суть разная. Вот и думай, кто он на самом деле. Мгновение тишины — и в голосе Лильки зазвучала ледяная ярость: — Вы с миссис Фэнвич вписали меня сюда без моего согласия. Так что теперь извольте выполнять мои условия. А свои хотелки… засуньте себе в задний проход. Лилька резко проснулась. В комнате было темно, за окном стояла глухая ночь. Где-то вдалеке шелестел тростник — ветер перебирал его сухие стебли, словно тонкие пальцы на струнах. «А ведь я ей навязала гейс. Не выполнить его воровка не сможет», — мелькнула мысль, неожиданно чёткая и спокойная. Этого оказалось достаточно. Тревога отступила, отпустила. Лилька перевернулась на другой бок, устроилась поудобнее — и вскоре снова уснула. На этот раз крепко и без снов, проспав до самого утра. А утром миссис Фэнвич пребывала в куда более благодушном настроении, чем накануне. День только начинался, но уже ощущался по-другому: легче дышалось, мысль шла яснее, даже завтрак показался вкуснее. Всё дело было, конечно, в том, что деньги, потраченные вчера на Ноктюрн-аллее, ослабили хватку. Удавка на шее — та самая, незримая, магическая — чуть разжалась. Браслеты больше не давили, не напоминали о себе холодной резью. Да, траты были неприятны… но терпимы. Это было, как ни странно, обнадёживающе. Старая ведьма впервые за долгое время позволила себе надежду: а вдруг получится? Если ввести эту девчонку в мир грамотно, правильно расставив акценты… возможно, всё ещё можно повернуть себе во благо. Промелькнула даже одна забавная мысль — старая, как сам магический Лондон: а вдруг Бенжи, балбес и тугодум, но всё же её племянник, не откажется жениться на такой красавице? Девчонка и правда хороша: огонёк в глазах, грация, кровь сильная, лицо будто нарисовано. Жаль только, что мысль пришлось почти сразу отбросить. Не тот случай. Свободные и сильные ведьмы никогда не позволяли навязывать себе мужей. Они сами выбирали — с вызовом, с принципами, с капризом. Не то что эти родовитые маги — вечно женятся из-за приданого и откупных, из-за фамильных соглашений и глупых брачных контрактов, где за душой пусто, а расчет холодный, как гробовая плита. Ну и доигрались… |