Книга Наследница хаоса. Энтропия, страница 64 – Пальмира Керлис

И тут, словно по заказу, на скамейку, мимо которой я проходила, села ворона. Вернее, ворон. Черный, не белый (с аллегориями у местной фауны было туго), но с очень умными глазами. Он склонил голову набок и уставился на меня с откровенным любопытством. Я замедлила шаг.

— Ну здравствуй.

Ворон переступил с лапы на лапу и каркнул — негромко, практически вопросительно.

— Будешь моим приспешником, дорогой, — сообщила я ему, подойдя ближе. — Приспешником хаоса.

Ворон смотрел заинтересованно. Его перья отливали синевой в солнечном свете, а в глазах поблескивали искорки интеллекта.

— Мне порой так не хватает душевного собеседника, — продолжила я доверительно. — Ты ведь умеешь слушать? Прилетай ко мне. Вон там мое окно.

Я указала на третий этаж женского общежития, где располагалась моя комната. Ворон проследил за моим пальцем и снова каркнул — на сей раз громче и увереннее. Затем взмахнул крыльями и улетел со скамейки куда-то в кроны лип. Но я не сомневалась: еще встретимся. Такие, как мы, всегда находят друг друга.

Сначала я заскочила в столовую. Особого фурора не произвела — народа толком не было. Непопулярное завтрако-обеденное время. Но сотрудники на раздаче и редкие незнакомые студенты косились на меня весьма выразительно.

В бутик «Лунный шелк» я явилась сытой и решительной. Колокольчик мелодично звякнул, и из-за стойки мне навстречу поднялась продавщица, которую я раньше не видела. Стало быть, Элиза.

Она была полной противоположностью Маризе. Молодая, лет двадцати пяти, с коротко стриженными темными волосами. В ушах — серебряные кольца, на запястьях — кожаные браслеты. Форменное бордовое платье сидело на ней как-то по-своему — рукава закатаны до локтей, ворот расстегнут на лишнюю пуговицу. Энергичная, быстрая, с цепким взглядом.

— О, так ты Ксара! — воскликнула она, едва я представилась. — Мариза про тебя рассказывала. Говорит, ты продаешь как богиня и способна уболтать даже библиотекаршу.

— Библиотекаршу было несложно, — скромно заметила я.

— А уж про ту кралю, что порвала платье в примерочной, я вообще молчу. Надо же!

Мы разговорились, Элиза оказалась легкой в общении. Работала в «Лунном шелке» уже год, приехала из столицы, где училась на портниху, но не доучилась — не хватило денег. Теперь копила на собственное ателье.

— Слушай, — сказала я, когда мы качественно познакомились, — у вас в подсобке есть швейная машинка. Переносная. И еще там валяется куча ненужной фурнитуры — пуговицы, оборки, лоскуты. Можно мне все это одолжить?

— Машинку? — Элиза удивленно моргнула. — Зачем тебе?

— Гардероб переделываю. Старые платья. Ткань хорошая, а фасоны ужасные.

— Сама шьешь?

— Умею. Не идеально, но сойдет.

Элиза хмыкнула, но спорить не стала.

— Да бери. Все равно лежит и место занимает. Давно пора выбросить. Только машинку потом верни, она хозяйская.

Я заверила ее, что непременно верну в свою смену, и минут через десять покинула бутик с огромным пакетом. Внутри гремели катушки ниток, позвякивали пуговицы, шуршали лоскуты кружев и оборок, а сверху лежала швейная машинка — компактная, с ручным приводом, пахнущая маслом. Прелесть.

Обратно в общежитие я добралась без происшествий, если не считать того, что пакет весил целую тонну и оттягивал руки. В холле Одеста, завидев меня, встала со своего места — медленно, как боевой голем, пробуждающийся после спячки.