Книга Пари на императора драконов, страница 201 – Мария Лунёва

Подняв ноги, она сжала мои бёдра, словно беря в плен. Её стопа медленно продвигалась по моей икре, задирая штанину. Улыбнувшись, я поймал губами розовую горошинку, наслаждаясь очередным стоном своей, как оказалось, страстной ведьмочки.

— Не останавливайся, — едва различимо выдохнув, она запустила руку в мои волосы и прижала голову к своему телу.

И это лучшее, что я мог услышать от неё.

С этим словом рухнули последние преграды. Отстранившись, я сбросил с себя рубашку, наблюдая, как разгорается тьма в её глазах. Чувствуя, как холодок ночного воздуха смешивается с жаром кожи.

— Льюис. — Привстав, она заставила меня сесть, обхватила мой торс руками и прижалась губами к тому месту, где бешено билось мое сердце. Эти легкие невинные поцелуи сводили с ума.

Я глухо зарычал. Грудь покрывала темная чешуя. Через кожу проступала черная дымка — магия рвалась наружу.

И не просто отголоски, а истинный дар. Но мою ведьмочку это не пугало.

Ее губы, мягкие и влажные, двигались выше, пальчики очерчивали контуры чешуек.

— Как же я люблю тебя, — вырвалось из моих уст. — Я сдохну без тебя, Юниль.

Тихий смешок, теплый и бархатный, разбился теплым облачком о мою шею. Ее язычок, быстрый и проворный, словно пытаясь свести меня с ума, затанцевал на моей ключице, оставляя за собой влажный горячий след. Руки передвинулись на спину, она обнимала меня, исследуя мои мышцы на прочность. Закрыв глаза, я откинул голову, давая ей больший доступ к себе.

Ее губы заскользили выше. К горлу. Остановились в том месте, где отчаянно бился мой пульс. Я стоял на коленях перед ней и не шевелился, согреваясь в ее объятьях, ощущая жар ее смелых ласк и не веря в то, что происходит.

Любит ли?

Открыв рот, я так и не смог спросить. Испугался, что это вернет ее смущение, оттолкнет от меня.

— Юниль, прошу... — взмолился и тут же ощутил легкий, почти невесомый укус. Она сжала губами мою кожу, при этом лаская языком.

Я довольно оскалился, зашипел, теряя себя, теряя последние мысли, способность скрывать себя.

Магия вырвалась, наполняя комнату тьмой. Пропали очертания стен, мебели, мы оказались словно в тумане, черном и смертельном.

— Так силен... — ее голос дрогнул.

— Моя сила принадлежит только тебе, — обхватив ее за талию, прижал к себе, давая ощутить свое желание. — Ты ведь хотела узнать, какой я, Юниль, что скрываю под всей этой ложью. Так смотри.

И я, оскалившись, отстранился, прекрасно понимая, что перед ней не просто мужчина, а истинный темный, тот, кто вобрал всю силу своего погибшего рода.

Но страха я не дождался. Моя ведьмочка скользнула пальчиками по коже, стремительно покрывающейся древними, горящими зеленым рунами, оценила размер когтей на моих пальцах... И снова заглянула в мое лицо.

— Глаза снова стали зелеными... — пробормотала и вдруг выдохнула: — Зеленые... ведь они были именно зелеными.

— Да, — выдохнув, я потянулся к ней. — Ты вспомнишь меня, Юниль. Ты должна вспомнить.

Но она остановила.

Ее нежные пальчики легли на мою грудь, под ними жгутами через темную дымку пробивались яркие зеленые всполохи.

Мои руки впились в простыни, когти прорвали прочную ткань. Я откинул голову назад, подставляя ей свою шею. Она снова приподнялась и впилась в место, где бился пульс, жадным поцелуем. Она пила мою мощь, мою тьму, и в ответ дарила такую хрупкую, такую опасную нежность.