Книга Пари на императора драконов, страница 225 – Мария Лунёва

Этот дом был наполнен ужасом и страхом.

А я все поднималась выше, гонимая тьмой.

«Юниль, тебе нельзя туда...» — голос мамы на мгновение заставил остановиться. Но меня вновь подхватило и понесло вперед. — «Вернись, Юниль!»

Но я не могла.

Знакомые шторы и дверь.

Мгновение — и она растворилась.

Коридор. По нему эхом разлетались стоны.

Я уже знала, что увижу, и все же каждый шаг делала со страхом и пониманием — это сон.

Кошмар, и я обязательно проснусь. Я проснусь, и ничего этого не будет.

Дверной проем. Повитуха — злая старуха — замахивается на меня мокрой тряпкой. Но тьма, накинувшись на нее, буквально убирает с моей дороги.

Кровать. Сглотнув, я отшатнулась и ощутила толчок в спину.

Мне пришлось подойти. Белая, как стена, женщина. Она была уже мертва, хоть и дышала. Синяки под глазами, мертвенно-белые губы в трещинах, из которых проступала кровь.

Тьма спеленала ее, как дитя.

Моя тьма.

— Мама, — выдохнула я, чувствуя, как по щекам скатываются предательские слезы.

— Ты должна была забыть, Юниль, — голос доносился из ниоткуда.

Ведьма же лежала неподвижно, смотря в одну точку. Огромный живот. Но я не чувствовала в нем жизни.

Дитя было мертво.

Шаги... Голоса...

— Вам нужно уходить, Грета... Спаси мою дочь...

Тьма расступилась еще немного, и появились очертания окна... Зима... ледяные узоры на стеклах. Я подошла ближе и почувствовала, как кто-то слабо сжал мое запястье.

Опустив взгляд, снова уставилась на ведьму, лежащую на пропитанных кровью простынях.

Через бледную маску ее лица проступала тьма — будто рвалась душа.

«Забудь, — звучал голос, — забудь, кого любила, не вспоминай ни имен, ни лиц. Забудь и никогда не вспоминай... Я проклинаю тебя, дочь».

Этот голос звучал, кружась вокруг. Я же смотрела на умирающую ведьму.

Звуки тяжелых шагов в коридоре. Крики женщин.

И вдруг пространство вокруг нас подернулось туманом, заклубилось, превращаясь в вихрь. Мое тело стало совсем легким. Оторвавшись от пола, я устремилась вперед, все еще ощущая, что кто-то держит меня за запястье.

Коридоры. Брызги свежей крови на стенах. Вопли умирающих.

Ужас сковал душу.

Впереди мелькнула тень. Там бежала женщина с чем-то, завернутым в одеяло, на руках. Она таилась, стараясь не попадаться убийцам на пути.

Но когда ей это не удавалось, и слышались шаги тяжелых сапог, тьма, что удерживала меня, рвалась вперед. Она буквально пронзала тела воинов, вынуждая тех отшатнуться и свернуть.

Убраться с дороги бегущей.

Она защищала. Оберегала.

И снова коридоры... Кухня... Женщина замерла.

Тьма подалась вперед, желая разобраться с теми, кто хозяйничал там, таща меня следом. Но остановилась.

В полумраке проступили очертания мальчика и пожилой женщины.

Руни, узнала я дядюшку. Амма — бабушка...

И снова голоса. Сверток был передан мальчишке, и я с удивлением узнала в спящем ребенке себя...

И снова шаги... Убийцы приближались, но тьма отгоняла их. Она металась в проходе на кухню. Из тумана проступало женское лицо.

И оно было мне хорошо знакомо.

Сабрина... Но почему? Что объединяло молоденькую драконессу с этой женщиной?

Я не понимала. А между тем на кухне метались, собирая корзины со снедью... А дальше улица. Объятая ужасом, я уже просто наблюдала за происходящим.

Холод.

Руни поправил покрывало, укутывая меня. Он бежал в сторону конюшни.