Книга Сакура в его ладонях, страница 130 – Ника Летта

— Через воду можно увидеть прошлое Юто. Но тогда ты получишь его память.

По коридору прокатился стук колёс. Санитар вёз каталку к лифтам, придерживая одной рукой стойку с капельницей. Мы обе проводили её глазами. Над дверью палаты Юто горела зелёная лампочка, из-за стены доносились приглушённые голоса врачей.

Я ещё утром считала юки-онна частью старых сказок. Теперь обсуждала встречу с одной из них возле автомата, который каждые несколько минут принимался гудеть.

— И какая цена?

Госпожа Такахаси посмотрела на свой стаканчик.

— Узнаешь до перехода. Согласишься или уйдёшь — решишь сама.

Медсестра вышла из соседней палаты, внесла запись в планшет и скрылась за поворотом. Я дождалась, пока она отойдёт.

— Юто об этом знает?

— Конечто, поэтому, сделает всё, чтобы ты туда не пошла.

За дверью, на которую я смотрела, кто-то передвинул металлический столик. Юто оставался там. Несколько метров и одна стена отделяли его от разговора, после которого он наверняка пришёл бы в ярость.

— Но вы же поможете мне.

Госпожа Такахаси медленно повернула ко мне голову.

— Ты предлагаешь мне обмануть сына?

— Вы сами сказали, что сегодня вы не его мать.

Она усмехнулась и поднесла стаканчик ко рту.

— А ты мне нравишься.

— Это согласие?

Мимо нас прошёл врач. Пришлось расступиться, и я оказалась ближе к окну. Внизу, за стеклом, по мокрому асфальту больничного двора ползли красные огни машин.

Госпожа Такахаси дождалась, пока врач войдёт в лифт.

— Это повод подумать, стоит ли кицунэ участвовать в твоём заговоре.

Я не сразу отреагировала. Повернула голову. За дверью послышались шаги. Госпожа Такахаси успела сделать глоток кофе прежде, чем Юто вышел в коридор.

Он посмотрел на меня, потом на неё.

— О чём разговариваете?

— О кофе, — сказала госпожа Такахаси. — Отвратительный.

Юто не сводил с неё глаз.

— Конечно.

Он не поверил ни единому слову. Я отвернулась к окну, скрывая улыбку. Мне хотелось увидеть, кого он любил, кого потерял, почему столько веков продолжал искать меня и какое место во всём этом занимал мужчина, которого когда-то выбрала я.

Госпожа Такахаси прошла рядом.

— Найди меня, когда решишься.

Юто уже направлялся ко мне. Я посмотрела на него. На этот раз ждать, пока он сам выберет очередную часть правды, я не собиралась.

* * *

Я решилась на следующий вечер. Госпожа Такахаси ждала меня у служебного лифта на последнем этаже. На вопрос, откуда у неё ключ от выхода на крышу, она ответила:

— Я кицунэ, Акико. Не заставляй меня разочаровываться в собственной репутации.

Замок щёлкнул. Ночной воздух ударил в лицо. После больничного тепла крыша казалась отдельным миром: бетон, вентиляционные короба, антенны, красные сигнальные огни. Внизу Токио тянулся до горизонта, окна домов складывались в бесконечную сетку.

— Здесь?

— Здесь ей легче прийти.

— Почему?

— Высоко. Холодно. И людей нет.

Наконец нормальный ответ. Такахаси-сан прошла к ограждению и достала из сумки маленький стеклянный флакон.

— Последняя возможность передумать.

— Вы обещали, что цену назовут заранее.

— Я обещала.

Она вылила воду на бетон. Я ожидала заклинания, символов, хотя бы эффектного японского ритуала. Такахаси достала телефон и посмотрела на время.

— И всё?

— А ты хотела барабаны?

Ветер протащил по крыше забытый кем-то пластиковый пакет. Потом температура начала падать. Я увидела собственное отражение в тёмном окне технической надстройки. На стекле от краёв расползался белый узор. Такахаси убрала телефон.